Глава 1
Первый год в Европе
В марте 1885 г. Е.П. Блаватская уехала из Индии в Неаполь, не имея представления о том, где будет жить дальше. В сущности, окружающая обстановка была ей безразлична, её мысли целиком занимала работа над «Тайной Доктриной». Несмотря на болезнь, она продолжала трудиться над рукописью даже на борту корабля. Доктор Гартман, который сопровождал её вместе с Мэри Флинн и Баваджи, рассказывает, что «утром, до того, как приступить к работе, она нередко обнаруживала на столе кипу бумаг с заметками», касающимися книги[736].
Прибыв в Неаполь 23 апреля, путешественники поселились в соседнем городке Торре-дель-Греко, в отеле «Дель-Везувио», названном в честь возвышавшегося вдали вулкана. Неподалёку от городка находились руины Помпей, погибших от вулканического извержения во времена Римской империи.
Три месяца, проведённые в Италии, оказались утомительными. В спешке покидая Индию, путники оставили там много нужных вещей, в том числе и очки, без которых Елена Петровна не могла обходиться. Из-за влажности она страдала от приступов ревматизма и ей было трудно писать в таких условиях. Поэтому Блаватская решила перебраться в Вюрцбург, город на севере Баварии. Она писала Пейшенс Синнетт:
Я не хочу жить ни в одном из больших городов Европы. Но мне нужна тёплая и сухая комната, какой бы холод ни стоял на улице… Мне нравится Вюрцбург. Он недалеко от Хайдельберга и Нюрнберга, и всех тех центров, в которых жил один из Учителей [К. Х.][737], ведь именно он посоветовал моему Учителю отправить меня сюда. К счастью, я получила из России несколько тысяч франков [за свои сочинения], да какие-то покровители прислали мне из Индии суммы в 500 и 400 рупий… Я собираюсь арендовать прелестные комнаты, и да будет благословен тот день, когда я увижу Вас за моим самоваром…[738]
По пути Е. П. Блаватская задержалась на одну неделю в Риме и ещё неделю провела в швейцарском городке Шергеш с Соловьёвым и мадам де Морсье. Примерно в середине августа она прибыла в Вюрцбург в сопровождении одного лишь Баваджи, поскольку доктор Гартман и мисс Флинн ранее отделились от компании. Вскоре после этого она написала Перси Синнетту:
Что до меня – то я намерена жить незаметно. Я могу сделать куда больше, оставаясь в тени, чем снова став известной в связи с движением. Позвольте мне скрываться в неизвестных местах и писать, писать, писать, и учить всех, кто захочет учиться. Раз уж Учитель заставил меня жить, дайте мне прожить и умереть в относительном покое. Очевидно, что Он хочет, чтобы я продолжала работать на благо ТО, поскольку не дал мне заключить контракт с Катковым – благодаря которому в моём кармане ежегодно оказывалось бы по меньшей мере 40 000 франков – за то, чтобы я писала исключительно для его журнала и газеты. Он не разрешил мне подписать этот контракт в прошлом году в Париже, когда поступило предложение, и сейчас не одобряет его. Он говорит, моё время «должно быть занято другими вещами»[739].
Портрет Е. П. Блаватской, выполнен Германом Шмихеном, 1885 г.
Вопреки стремлению Е. П. Блаватской к уединению, начали распространяться слухи о её местонахождении. В августе к ней на несколько недель приехали Соловьёв со свояченицей, в сентябре её навестили Франческа Арундейл и Мохини, примерно в это же время у неё гостила тётя Надя. За ними последовали доктор Гартман, профессор Селлин, Артур Гебхард и многие другие.
Президент Теософского общества в Германии, профессор Уильям Хюббе-Шляйден, посещал её пять раз. Он был хорош собой и приятен в общении, поэтому ему были рады везде, где бы он ни появлялся. Хюббе-Шляйден был эрудированным учёным и писателем, в молодости изучал право и политическую экономику и много путешествовал, занимаясь географическими исследованиями. Кроме того, он был назначен атташе в немецком генеральном консульстве в Лондоне. В 1886 г. он основал метафизический журнал «Сфинкс» и выпустил 22 тома[740].
Через несколько лет после встреч с Еленой Петровной Хюббе-Шляйдена попросили записать свои впечатления о том, как она писала «Тайную Доктрину». Ниже приводятся отрывки из его записей:
