Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 134
1. Рената Роледер (мать, собака)
2. Дитер Пауль Рудольф (жена, дочь, внуки)
3. Фриц Герке (сын)
4. Патрик Шварцер (жена)
5. Беттина Каспар-Гессе (муж, дети)
6. Симон Бурмейстер
7. Ульрих Хаусманн (дочь)
8. Артур Яннинг (жена, сын)
9. Йенс-Уве Хартиг (?)
– Она указала даже адреса! – сказала Пия. – От волнения она дрожала всем телом.
Вот оно! Это был прорыв!
– Хелен Штадлер скрупулезно следила за всеми людьми, которых считала ответственными за смерть своей матери! И теперь кто-то осуществляет за нее то, что она запланировала! Я только не понимаю, почему в списке имя Хартига!
– Об этом мы поразмышляем позже. – Боденштайн открыл дверь со стороны места водителя и взял рацию. – Если снайпер придерживается последовательности, в которой составлен список, то следующая жертва как-то связана с Беттиной Каспар-Гессе. Дай мне ее адрес.
– Штернгассе 118, Грисхайм, – прочитала Пия.
Боденштайн позвонил в диспетчерскую службу, передал информацию и два раза повторил фамилию женщины.
– Грисхайм под Франкфуртом или под Дармштадтом? – спросил он Пию.
– Понятия не имею, здесь это не указано, – крикнула она. – Пусть они проверят, где есть эта улица!
Она попыталась дозвониться Каю, и ей повезло.
– В Грисхайме под Франкфуртом нет Штернгассе, – сказал один из полицейских. – Я бы это знал после десяти лет работы в патрульной службе Франкфурта.
– Нет, не Оффенбах! – говорил одновременно Боденштайн в рацию дрожащим от нетерпения голосом. – Штернгассе, а не Штайнгассе, черт подери!
– Я разговариваю с Каем! – крикнула Пия шефу. – Он еще в офисе и сейчас займется этим!
– Когда вы все, наконец, выясните, пошлите туда кого-нибудь или лучше предварительно позвоните! Люди в доме должны выключить весь свет и спуститься в подвал, пока мы не приедем! – Он закончил говорить. – Садись в машину, Пия! Может, успеем!
* * *
Без двадцати двенадцать. Муж и его приятель установили все ракеты и приготовили петарды, жена в доме открыла шампанское. Через широко открытые двери террасы он услышал хлопок пробки. Телевизор включен. Трансляция новогоднего праздника у Бранденбургских ворот.
Начался обратный отсчет времени.
Дети взволнованно носились по дому. Они уже надели куртки. В комнату вошел приятель, наверное, чтобы помочь женщинам с шампанским.
Муж на террасе. Одна рука в кармане, в другой банка с пивом. Сделал глоток, откинул голову назад и посмотрел в ясное небо, в котором уже разрывались первые петарды. О чем он думает? Наверное, о чем-то приятном. Он гордился своим домом, они проводили великолепный вечер: прекрасное настроение в последние минуты жизни. Да, он, несомненно, умрет счастливым.
В доме зазвонил телефон.
– Кто это может быть в такое время? – крикнула женщина.
– Подойди! Наверное, это твои родители! – ответил мужчина и ухмыльнулся.
Обернулся и посмотрел прямо на него.
Неужели смог его увидеть, здесь, в строящемся здании, за мешками с цементом?
Телефон замолчал.
Он больше не смотрел ни налево, ни направо.
Положил палец на спусковой крючок.
Лицо мужчины было совсем близко перед ним, он видел каждую пору.
– Ральф! – крикнула женщина. Голос звучал пронзительно. – Ральф, иди сюда!
Он глубоко вдохнул и выдохнул.
Согнул палец и нажал спусковой крючок.
Вторник, 1 января 2013 года
Сообщение настигло Боденштайна как раз в тот момент, когда он выезжал с трассы А5 под Грисхаймом и вынужден был резко затормозить, чтобы на участке проведения ремонтных работ не съехать с полосы движения.
– Вы были правы, шеф. – Голос Кая Остерманна звучал подавленно. – Фрау Каспар-Гессе была следующей целью. Он застрелил ее мужа. Коллеги из Дармштадта были на месте через 11 минут после того, как им передали информацию, но, к сожалению, адрес был не актуальным. Семья Гессе месяц назад переехала и живет теперь на Тауберштрассе, 18. Коллеги позвонили, но было поздно.
– Черт! – закричал Боденштайн, дав волю своим эмоциям и ударив ладонью по рулю, и Пия отметила про себя, что никогда его таким не видела. – Черт, черт, черт!
– И хотя вся местность была тут же оцеплена, кажется, ему удалось скрыться, – продолжал докладывать Кай. – Где вы сейчас?
– Через пять минут будем на месте, – ответила Пия и быстро изменила место назначения в навигаторе.
Напряжение последних часов превратилось в глубокое разочарование. Все старания, все надежды – все было напрасно! Снайпер опять опередил их на самую малость!
– Что с вертолетом? – крикнул Боденштайн.
– Сегодня Новый год, шеф, – напомнил ему Кай. – Поэтому из-за петард запрещены полеты на низкой высоте.
– Хорошо, мы позвоним позже, – сказал Боденштайн, немного придя в себя. – Если ты дозвонишься Крёгеру, пошли его, пожалуйста, в Грисхайм, даже притом что коллеги обидятся.
– Хорошо, – ответил Кай. – Да, несмотря ни на что: с Новым годом вас обоих!
– Спасибо. Тебя тоже, Кай! – ответила Пия устало.
Когда Боденштайн на въезде в Грисхайм свернул на Северное кольцо, в ночное небо взмыли первые петарды, рассыпаясь многоцветным красочным каскадом, но, когда они объехали участок леса между трассой А67 и городом, фейерверк уже был в полном разгаре. За резким поворотом, который улица делала в этом месте, они наткнулись на первое заграждение. Боденштайн опустил стекло, предъявил полицейским служебное удостоверение, и они поехали дальше.
На третьем съезде круговой развязки он выехал на Эльбештрассе, от которой влево, к опушке леса вели несколько тупиковых улиц. Тауберштрассе была четвертой улицей в районе новостроек, в котором пока еще стояло лишь несколько домов среди незастроенных участков, так что было сразу ясно, в каком из домов произошла трагедия. Им открылась хорошо знакомая картина, с которой приходилось встречаться всякий раз, когда они выезжали на место преступления или обнаружения трупа: врач, карета «Скорой помощи» и полицейские машины с безмолвно мигающими проблесковыми маячками. Боденштайн остановил автомобиль перед последним заграждением, и последние метры они прошли пешком по дороге с временным асфальтовым покрытием. Холодный воздух был наполнен запахом пороха. Мимо них проехал автомобиль для перевозки трупов, а впереди, на улице, собрались первые зеваки.
Не было ни малейших сомнений в том, что и это убийство совершил «таунусский снайпер», и главный комиссар Гельмут Мёллер из Дармштадта, который обычно не занимался убийствами, но этой ночью, к несчастью, дежурил, был чрезвычайно рад, что может передать дело Боденштайну. Он разъяснил ситуацию и согласился с тем, что Боденштайн вызовет собственных экспертов.
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 134
