Книга Лед - Бернар Миньер

— Это уже не по моей части. Посмотрим, что даст анализ крови. В крови Гримма обнаружили незначительное содержание флюнитразепама. Это депрессант, в десятки раз более сильный, чем валиум, он применяется при серьезных нарушениях сна. Его промышленное название рогипнол. Этот препарат также применяют для наркоза. Гримм был аптекарем, может, он принимал его от бессонницы, кто знает. Вот только это лекарство считается быстродействующим наркотиком, вызывает амнезию и сильно растормаживает, особенно если его принять вместе с алкоголем. Оно не имеет ни цвета, ни вкуса, ни запаха, очень быстро выводится с мочой и слабо концентрируется в крови, что делает его практически неопределимым. В течение двадцати четырех часов средство полностью исчезает из организма. — Тут Сервас тихонько присвистнул, а патологоанатом продолжал: — То, что в крови были найдены его слабые следы, говорит только о том, что с момента принятия лекарства до забора крови на анализ прошло определенное время. Рогипнол вводится как орально, так и внутривенно, его можно проглотить, разжевать, подмешать в питье. Возможно, что агрессор использовал это средство, чтобы сделать жертву податливой и подконтрольной. Человек, которого вы разыскиваете, помешан на контроле. Он очень-очень умен.

Дельмас перевернул тело на спину. На лице Перро уже не было того выражения ужаса, что увидел Сервас тогда, в кабине фуникулера. Вместо этого он показывал язык. Судебный медик взялся за электропилку.

— Ладно, я полагаю, что уже достаточно увидел, — сказал сыщик. — Картина происшедшего ясна. Я прочту ваш рапорт.

— Мартен! — позвал Дельмас, когда он уже был у выхода. Сервас обернулся. — Не нравится мне ваша физиономия, — бросил судебный медик, держа в руках электропилку. — Не принимайте эту историю слишком близко к сердцу.

Сервас кивнул и вышел. В коридоре он увидел обитый тканью гроб, поджидавший Перро у выхода из прозекторской. Выбравшись из подвала больницы на бетонный пандус, Сервас полной грудью вдохнул свежий, холодный воздух. Но запах формалина, дезинфекции и трупа еще надолго останется в ноздрях. Когда он садился в джип, загудел телефон.

Это был Ксавье.

— Я составил список всех, кто контактирует с Гиртманом. Он вам нужен?

Сервас взглянул на горы и ответил:

— Я сейчас за ним приеду.

Небо все еще было мрачным, но дождь прекратился. Желтые и красные листья, последние штрихи осени, взлетали из-под колес джипа на каждом повороте. Резкие порывы ветра раскачивали голые ветки, и они, как скрюченные пальцы, царапали кузов. Сидя за рулем «чероки», он снова подумал о Марго. Следил ли за ней Венсан? На ум Сервасу тут же пришли Шарлен Эсперандье, мальчишка по имени Клеман, Алиса Ферран… Все вертелось и мешалось у него в голове, пока он накручивал вираж за виражом.

Снова загудел телефон. На этот раз звонил Пропп.

— Я забыл вам сказать одну вещь. Очень важен белый цвет, Мартен. Белизна склонов в случае с конем, белизна голого тела Гримма, опять снег при убийстве Перро. Для убийцы белизна имеет особое значение. Он видит в ней символ чистоты и очищения. Ищите белизну. Я думаю, в окружении убийцы много белого.

— Белизна — это институт? — сказал Сервас.

— Не знаю. Мы ведь отмели эту версию, да? Сожалею, но больше пока ничего сказать не могу. Ищите белизну.

Сервас поблагодарил и отсоединился. В горле стоял ком. Угроза повисла в воздухе, он это чувствовал.

Ничего еще не кончилось.