Но дальше было еще удивительней.
– Орденом «За заслуги перед Отечеством» второй степени награждается Марат Юрьевич Гельбах.
«И этот тут же! – внутреннее возмущалась Алла. – Ну уж я их выведу на чистую воду, только попадись они мне. Как всегда, у нас во власти – полный бардак, наказание невиновных и награждение непричастных! Я три месяца, не разгибая спины, сидела в штабе Колеи, и про меня, наверное, президент даже не знает, а эти орлы сумели, видимо, преподнести свою аналитику как вклад в победу. Пиарщики, жулики, проходимцы!»
Награды пиарщикам вроде кончились, начались какие-то военные. Но Алла уже больше решила не уходить, а то вот ушла бы и пропустила самое интересное. А вдруг еще кто-то из знакомых попадется?
– За проявленные мужество и героизм при выполнении секретного задания командования орденом «За заслуги перед Отечеством» второй степени награждается майор спецназа ГРУ Жданов Герман Викторович.
– Интересно, где эти ребята свои подвиги совершали? – почти неслышно прошептала Аллочка.
– Эти по специальному отдельному представлению идут, там никогда деталей не объявляют, – отозвался Володя, сделав еще несколько снимков, – а иногда им вообще отдельно ордена вручают, чтобы лиц не светить.
Алла смотрела теперь, как президент с улыбкой прикалывает орден к лацкану гражданского пиджака майора и что-то приятное говорит тому приятное, потому что награждаемый майор улыбался и тоже что-то быстро-быстро при этом отвечал улыбчивому президенту.
– Служу России, – по уставу сказал майор, делая поворот налево кругом.
– А все же интересно, за что ему? – еще раз прошептала Аллочка и вновь затенькала пальчиками по клавиатуре.
– За проявленные мужество и находчивость при выполнении секретного задания командования орденом «За заслуги перед Отечеством» второй степени награждается подполковник ФСБ Ксендзюк Павел Владиславович, – по трансляции объявил ведущий протокола.
Алла оторвала взгляд от экрана ноутбука и проводила глазами быстро, по-военному идущего по проходу подтянутого сорокалетнего мужчину.
Глава шестнадцатаяВ скором будущем
«Карту русского», выпущенную российским правительством, получили во всем мире уже более пятидесяти миллионов человек. Россия нашла эффективный способ сплотить своих бывших соотечественников и превратить свою диаспору в грозную силу. Больше всего «карт русского» было выдано на Украине: тридцать миллионов человек, семь миллионов в Белоруссии, три миллиона в Германии, три миллиона в Средней Азии, полтора миллиона в Израиле и еще несколько миллионов по всему остальному миру. Потенциал карты, как говорят в российском правительстве, не исчерпан, по разным оценкам, карту могут получить до трехсот миллионов русскоязычных жителей Земли, сообщает агентство «KM.RU».
На банкете, слегка ошарашенный блеском столичного бомонда, блеском неподдельных бриллиантов в дамских декольте и неподдельных бриллиантов в часах у приглашенных людей большого бизнеса, Павло Ксендзюк все же предпочел кучковаться в тесном кругу своих, в группе награжденных генералов в мундирах и генералов в гражданских костюмах.
– Ну, как самочувствие? – похлопывая Ксендзюка по плечу, поинтересовался генерал Гусев. – За Афган у тебя ведь красная звездочка была, да «За отвагу», а тут сразу «Вторая степень», это как Орден Ленина раньше.
– Ну, так и операцию мы провели, комар носа не подточит! – рассмеялся Ксендзюк. – Операцию не хуже, чем наши альфовцы с президентом Амином в королевском дворце.
– Ну, ты уж, как всегда, преувеличиваешь, Ксендзюк, опять приписки у тебя как в Афгане, когда тушенку и сгущенку налево списывал, – хохотнул генерал.
– А теперь американское сало, – зашелся смехом Ксендзюк, – а теперь мы американское сало списали. С войны ведь еще лежало в Петропавловске-Камчатском, с самого «ленд-лиза».
– Ну, за одноименную операцию давайте теперь выпьем, – предложил генерал, беря бокал с серебряного подноса, что держал в руках вытянувшийся в струнку официант, – за операцию «Американское сало», за орден и за нашего героя Павло Ксендзюка.
Чокнулись звонкими бокалами и медленно выпили.
Шампанское было отменным.
Наше.
Краснодарское.
И тут случилось то, чего по законам статистики не должно было случиться. В такой толпе награжденных есть с кем президенту выпить рюмку, вон сколько всяких звезд! А он решил подойти к тем, кто скромно стоял в стороне. Двум людям в погонах.
– Разрешите с вами выпить? Разрешите еще раз поздравить вас?
– Ну что вы… – не нашелся что ответить генерал Гусев. – Так точно!
А Ксендзюк так просто как лом проглотил.
– За вас! – сказал президент.
И все мгновенно осушили бокалы.
– Хочу поинтересоваться, нет ли у вас каких-то нужд, проблем, просьб? С жильем все нормально?
– Никак нет. То есть так точно, – отрапортовал Ксендзюк. – Проблем нет. С жильем все нормально.
– Ну что ж. Героям присуща скромность. Спасибо вам за все, что вы делаете.
И президент со свитой уже повернул к другой группе гостей.
– Товарищ верховный главнокомандующий, разрешите обратиться! – вдруг выпалил ему вслед Павло Ксендзюк.
Президент развернулся.
– Разрешаю, подполковник.
– Не за себя, за друга афганского хочу попросить. Во время операции так получилось… ему об этом было знать нельзя. Он парень такой, что выкарабкался бы и нашел всегда выход из самого сложного положения. И он так и сделал. Но он понес и материальные потери, и моральные еще больше. Нельзя ли ему их как-то компенсировать?
– Хорошо, что не забываете афганских друзей. Как фамилия вашего?
– Дружинин. Евгений Дружинин.
Президент обернулся к кому-то из свиты.
– Запишите. Нам нужны кадры, которые умеют в сложных ситуациях находить выход. Доложите через две недели.
– Спасибо… – смущенно сказал Ксендзюк.
Президент с эскортом двинулись дальше, а генерал Гусев выговаривал своему подчиненному:
– Ну ты, млять… Я тебе глаз на жопу! Если бы не сегодня награда, я б тебе, сучий потрох! Молодец, мля! Орел!
Большой оркестр тем временем начал наигрывать вальс Чайковского.
Хлопнули еще по бокалу.
– Танцевать-то пойдем? – снова подмигивая, поинтересовался генерал.
– Да я, пожалуй, дома спляшу, под гармошку с караоке, – усмехнулся Ксендзюк, – не умею я вальсов-шмальсов, товарищ генерал-лейтенант.
– Ничего, жизнь длинная, освоишь еще и мазурку с полонезом, – успокоил и заверил Ксендзюка генерал, – следующая операция у нас, может, чилийским перцем будет или китайской свининой, как знать?
