Отключить Россию от интернета
[30.12.2016. ЖЖ]
Весь день слушал (со ссылкой якобы на Германа Клименко), что “Россию могут отключить от мирового интернета”. Утверждение совершенно верное: не только могут, но и хотят. Причём даже известно кто: первым создание пресловутой “Чебурашки”, интернета северокорейского образца, озвучил липецкий сенатор-единоросс Максим Кавджарадзе 2,5 года назад; о реальных угрозах отключения России от глобального сегмента не раз высказывался министр связи РФ Николай Никифоров. Осенью[136]2014 года вопрос выносился на обсуждение Совета безопасности РФ с участием Путина. Инициатива всех таких обсуждений принадлежала российским чиновникам и силовикам.
При этом ни один зарубежный политик, в США или в Европе, во власти или в оппозиции, подобных предложений никогда не выдвигал, не озвучивал, не обосновывал, не вносил их в правительство и не ходил с ними на выборы. При подготовке пакетов американских санкций в отношении России – от самых первых, весной 2014-го, до буквально вчерашних, прямо связанных с кибер-атаками, – такая идея ни разу не обсуждалась. Если посмотреть на список стран, в которых на временной или постоянной основе прерывалась в последние 10–15 лет связь с мировым интернетом – Египет, Ливию, Сирию, Судан, Туркменистан и Северную Корею – во всех без исключения случаях инициатором отключения отдельных стран от глобальной Сети являлись их же собственные власти, а не мировой империализм.
У России, как верно замечал Ф.И. Тютчев, в этом вопросе “особенная стать”. Азиатские и африканские диктатуры перекрывают доступ своим гражданам в интернет, опасаясь их вольнодумства и козней Запада. На словах российские силовики озабочены тем же самым – то и дело в их заявлениях мелькают названия враждебных России структур, типа Google, Yahoo, WhatsApp, Telegram, Twitter и Facebook. Но на практике единственная запрещённая сегодня в России американская соцсеть – совершенно безобидный LinkedIn, пользователями которого в стране являются полторы калеки, и те в основном экспаты. А все заявления о необходимости запрета других международных платформ так и остаются разговорами. Хотя все необходимые законы для блокировки иностранных площадок в России приняты ещё 2 года назад.
На самом деле, как подсказывает наглядный пример “пакета Яровой-Озерова”, главной мотивацией российских охранителей, рассуждающих о внешней угрозе, была и остаётся возможность поднять бабла на её отражении. В этом смысле наши силовики – очень продвинутые ребята по сравнению с их африканскими коллегами. Все аспекты “Чебурашки” у них просчитаны в финансовых терминах. Речь идёт о грандиозной афере по дублированию всех существующих в мире программных и аппаратных решений за счёт российской казны. Теоретически речь идёт о государственной задаче, но на практике государство приглашается не решать её, а только оплатить. В подрядчики намечен ограниченный (за счёт непубличного порядка лицензирования и сертификации) круг юридических лиц, учреждённых чекистами-предпринимателями. Они справятся и с разработкой “отечественного софта” (на практике тот же Linux), и с завозом “безопасного” оборудования, которое от “опасного” отличается лишь наклейкой и накруткой…
Один вопрос остаётся здесь открытым. А при чём же тут, спрашивается, Герман Сергеевич Клименко? Люди, мало знакомые с его биографией, вольны сколько угодно демонизировать эту фигуру, но мы-то с вами понимаем, что советник Путина по интернету – не чекист из дрезденской резидентуры, не автор идей “Чебурашки” и даже не бенефициар “пакета Яровой”. Герман Сергеевич – классический предприниматель, который в последние полгода всецело поглощён вопросами телемедицины, электронного правительства и прочей государственной big data. Понятно, что его назначение советником подразумевает ношение пиджаков и галстуков, хождение по кабинетам и публичное одобрение политики партии, но вроде как “отключение России от мирового интернета” и всё прочее “Отечество в опасности” – не его тема. Зачем же он стал бы делать такие заявления?
