1
На взмыленных конях в лагерь примчались Щелкунов, Самарин, Баламут. С быстротой лесного пала облетела лагерь весть: Боровик и Милка – Иванов послал их под видом брата и сестры – побирушек на разведку немецко-полицейского стана в Ржавке – схвачены полицаями.
– Их там, верно, бьют, пытают! – кричал с коня Баламут. – Скорей на выручку!
Взревел мотор «гробницы». Разведчики спешно седлали свежих коней. Отряд уже строился под царь-дубом, а командир отряда, выйдя из штабного шалаша, гневно вопрошал:
– Это что за партизанщина?! Кто здесь командует – я или Баламут?
Но вихрь, налетевший на Городище, подхватил с собой и Самсонова.
– Стройся в полном боевом!
– Перший взвод, в две шеренги становись!
– «Сорок», Черный! Не будь жмотом, оставь покурить!
– Куда, кацо, лэзэшь? Твои дальше, кавказский ты человек, за санчастью!
– Смотри, бабский взвод – санитарки выстроились! Тоже с нами Милку выручать, а вон…
– Какого ты хрена в белую рубаху вырядился? Мишенью хочешь быть?..
– Сводку, малый, не слыхал? До боя б узнать.
– Взвод! Вперед два шага шагом марш!
– И какой дурак этих птенцов на такое послал? Иванов? Сам небось не сунулся.
– Кому РГД без запала?
– Зря их туда без всякой выучки послали!
– Бросай курить! Отставить разговоры!
– А-а-атряд! Смир-р-рно! Товарищ командир отряда…
– Брось курить! Мать твою…
– Вольно! Товарищи партизаны! Говорить много некогда и незачем. Сегодня нам вновь предстоит испытать свои силы. Я лично поведу вас в бой. Пора свести счеты с обнаглевшей полицией. Полицаи Ржавки захватили двух наших разведчиков. Милу… как ее фамилия?.. И Боровика. Самым юным нашим партизанам грозит смерть. И только мы, мы с вами, сможем спасти их нерасцветшие жизни. Сегодня вы пойдете в бой во имя святого закона товарищества! Родина гордится вами, партизаны! Пусть ваш карающий меч обрушится с прежней силой на головы подлых изменников! Смерть немецким прихвостням! Вперед, партизаны! На каждого из вас с надеждой смотрит наша великая Родина!
– И командующий боевой группой! – ухмыляясь, добавил к чересчур нарядным, пышным словам Самсонова Кухарченко. – А-а-а-атряд! Напра-а-во! К выходу из лагеря ша-а-гом марш!
Мы прошли с Богдановым мимо санитарок. Не мне ли улыбнулась Алеся, не мне ли едва заметно, поправляя ремень санитарной сумки, махнула рукой?
На опушке леса к основному отряду примкнули партизаны Дзюбы, и оба отряда, не задерживаясь, пошли форсированным маршем по затянутым темнотой полям, обходя встречавшиеся на пути селения. Шли легко: подстегивало желание скорей освободить разведчиков. Бодрил, внушая уверенность, вид далеко растянувшейся колонны.
Замерцали звезды. Но ночь была темной, безлунной. Шептал настороженно ветерок, сырой и холодный в оврагах, душистый и теплый на пригорках. Колонна остановилась. «Тише… тише… тише…» К командиру подошли неведомо откуда взявшиеся разведчики – Самарин и Козлов.
Полицаев около полусотни. Немцев – около десяти. Милка с Боровиком, наверно, в волостном управлении. Там горит свет. Правда, под вечер из Ржавки в Пропойск ушел крытый грузовик. В школе темно. В ней – полицейская караульная команда.
К хвосту колонны полетела команда: «Ложись!» И следом: «Командиры – к Самсонову!»
– Наблюдением установлено, что караульные ночуют в укрепленном здании школы, – шептал Самсонов в тесном кругу обступивших его командиров.
– Так давай и вдарим с ходу по школе, – предложил Кухарченко. – Куда Иванов раньше смотрел? Он больше своими бакенбардами занимается, чем разведкой!
– Не ори! Если мы ударим по школе, то разведчиков успеют увезти или убить. Нет, надо запереть все выходы из села и брать волостное правление. Ты, Алексей, поведешь штурмовую группу с правой, южной стороны села. Огня не открывай, пока не столкнешься с полицией. В то же время, в двадцать четыре ноль-ноль, Дзюба войдет с другой, с северной, стороны. Задача – подойти возможно ближе к волостному правлению не открывая огня. Затем – короткий, массированный огневой налет с задачей подавить сопротивление полицаев. Школу я поручаю Богданову. Возьмешь дополнительно два ручника и станкач – массированный огневой налет, и брать школу штурмом с запада! Таким образом, все три штурмовые группы атакуют школу. Барашкова я уже отправил в обход. Он отрежет село от Варшавского шоссе, заминирует мост и устроит засаду на случай отступления противника на восток. Вопросы есть?
– Столько слов, – усмехнулся Кухарченко, – столько тактики да стратегии, точно не Ржавку, а Берлин брать собираемся!
