Если действия в Ламберене увенчаются успехом, а Либревиль не получит от Виши подкреплений, я предполагаю провести против Либревиля операцию с участием воздушных, морских и сухопутных сил без прямого вмешательства англичан.
В связи с этим я возлагаю на вас подготовку к этой операции, для осуществления которой я рассчитываю передать в ваше распоряжение все имеющиеся в наличии самолеты и корабли, а также сухопутные силы, относительно которых мы уже договорились.
Телеграмма генерала де Голля У. Черчиллю, в Лондон
Браззавиль, 2 ноября 1940
I. Генерал де Голль и Совет обороны Французской империи понимают причины; побуждающие в настоящее время правительство Великобритании относиться внешне сдержанно к правительству Виши до тех пор, пока не будет доказано, что оно пошло в отношении Германии и Италии на новые уступки, которые могут неблагоприятно отразиться на военном положении Британской империи.
II. В более широком плане генерал де Голль и Совет обороны Французской империи понимают, что ввиду этих же самых причин правительство Великобритании продолжает надеяться, что со стороны правительства Виши в целом или отдельных его членов последуют покаянные действия, могущие улучшить условия, в которых Британская империя в настоящее время вынуждена вести войну одними лишь собственными силами.
III. Однако генерал де Голль и Совет обороны Французской империи считают своим долгом заметить правительству Великобритании от имени свободных французов — единственных защитников чести и интересов Франции, ведущих с оружием в руках борьбу против ее врагов, — что их политика и позиция по отношению к Виши, обусловленные чисто французскими интересами, довольно заметно отличаются от нынешней политики и позиции правительства Великобритании.
Самый факт существования правительства Виши в тех условиях, в которых оно сейчас находится, представляет, по мнению свободных французов, ничем не оправданное посягательство на честь и интересы Франции. Характер переговоров, которые ведутся в настоящее время между Виши и врагами Франции, усугубляет преступление, совершенное против родины и выразившееся в обсуждении и принятии условий перемирия. Наконец, согласие сотрудничать с врагами, официально объявленное Виши, независимо от того, какие бы формы это сотрудничество ни приняло, свидетельствует о новом нетерпимом унижении, виновные в котором не могут рассчитывать ни на какое снисхождение.
Кроме того, свободные французы считают, что любая примиренческая политика по отношению к Виши была бы практически пагубной. Такая политика не могла бы в конечном счете принести действительно благоприятных результатов, учитывая зависимость Виши от немцев и итальянцев. Напротив, такая политика, несомненно, укрепила бы положение Виши прежде всего в империи, а также перед лицом французского общественного мнения, все более открыто осуждающего действия Виши, доказательством чего являются преследования, аресты, приговоры, отставки, число которых непрерывно растет.
IV. Генерал де Голль и Совет обороны Французской империи отнюдь не возражают против того, чтобы правительство Великобритании обратилось с ободряющими посланиями к ряду французских руководителей, как например к генералу Ногесу и Вейгану, которые хотя и подчиняются пока Виши, но не исключено, что попытаются порвать с ним в будущем. Если бы эти руководители публично выразили свое намерение оказывать врагам вооруженное сопротивление, их поступок, несомненно, привел бы к большим и благотворным последствиям, в особенности в Африке.
Однако генерал де Голль и Совет обороны Французской империи питают мало надежд на то, что эти руководители займут в настоящее время такую позицию и в особенности предпримут такие действия, в результате которых они дезавуировали бы самих себя. Во всяком случае, если эти лица и совершат такой поворот, который обусловит установление с их стороны контакта с правительством Великобритании и обращение к этому правительству с просьбой о поддержке, генерал де Голль и Совет обороны империи считают, что никакое соглашение не может быть заключено без их непосредственного участия и без их ясно выраженного согласия, каковы бы ни были возражения, которые, несомненно, не преминули бы выдвинуть по личным мотивам раскаявшиеся французские руководители.
