Как Каспийское море двадцать лет было русским озером
Впервые русы — смешанные отряды славян и варягов — появились на юге Каспийского моря в 880 г. По свидетельству арабского историка Ибн Исфендийара, они напали на город Абаскуна.
Ибн Исфендийар сообщает и еще о двух походах русов на южное побережье Каспия, состоявшихся в начале X века. Большинство историков датируют их 909–912 гг. «В этом году в море появилось шестнадцать кораблей, принадлежащих русам, и пошли они в Асаскун, как и во время Хасана [ибн] Зайда Алида, когда русы прибыли в Асаскун и вели войну, а Хасан Зайд отправил войско и всех перебил. В это время, когда появилось шестнадцать кораблей русов, они разрушили и разграбили Абаскун и побережье моря в той стороне, многих мусульман убили и ограбили… В следующем году русы прибыли в большом числе, подожгли Сари и округи Пянджах хазара, увели в плен людей и поспешно удалились в море…»[164].
Подробный рассказ еще об одном походе русов в Прикаспий, состоявшемся в первой половине 40-х гг. X века, сохранился у историка Ибн Мискавейха (ум. в 1030 г.). Собрав на Днепре флотилию примерно из пятисот однодеревок, русы спустились вдоль берегов Тавриды в Черное море. По Керченскому проливу и Азовскому морю они подошли к устью Дона и поднялись вверх по его течению до нынешней станицы Качалинской. Здесь ближе всего сходились две великие реки — Волга и Дон. Русы волоком перетащили свои суда в Волгу и по ней вышли в Каспийское море. Обогнув Апшеронский полуостров и достигнув устья реки Куры, русы поднялись по ней вверх до Ширванского ханства. Здесь дружины русов овладели богатейшим в то время городом Бердаа (Барда).
Однако вскоре среди русов началась эпидемия какого-то желудочного заболевания, и оставшиеся в живых на ладьях отправились домой.
В 1667 г. царь Алексей Михайлович решает создать флот на Каспии и строит на Оке первую русскую флотилию во главе с 22-пушечным трехмачтовым кораблем «Орел». 31 августа 1669 г. «Орел» с сопровождающими судами прибыл в Астрахань, но поплавать по Каспию ему не удалось.
Донской атаман Степан Тимофеевич Разин в 1668–1669 гг. без особых потерь учинил большой погром персидского побережья на западе и юге Каспийского моря. Особенно пострадали города Решт, Ферахабад и Астрабад.
Затем Разин двинулся в Астрахань, где в пьяном виде учинил два деяния, вошедших в русскую историю и эпос: сжег корабль «Орел» и утопил в Волге красавицу — дочь персидского шаха.
Стенька Разин поставил точку в планах царя Алексея утвердиться на Каспии. Его сын Петр, занятый войной со шведами, не забывал и о Каспийском море. Еще в 1697 г. Петр распорядился о закладке в Казани десятка военных судов для Каспия.
30 августа 1721 г. в городе Ништадте был заключен долгожданный мир со Швецией. Сенат и Синод поднесли царю титул «Отца отечества Всероссийского Императора и Петра Великого. Петр недолго церемонился и принял их»[165].
Петр решил, что императору не подобает долго сидеть дома, и надумал начать войну с Персией. Позже подобострастные царские и советские историки напишут, что он-де боялся захвата прикаспийских земель турками, что он хотел защитить русских купцов в Персии и т. д. На самом же деле особых оснований начитать захват этих территорий у Османской империи не было. Наоборот, разгром русскими войсками персидского шаха мог привести к распаду страны. И вот тогда-то турки и могли захватить большую часть территории Персии.
Нападения на русских купцов были следствием нестабильности в стране, которая могла только усилиться с началом войны.
Еще в 1715 г. отправилось в Иран посольство Артемия Петровича Волынского. Фактически это была разведывательная миссия. 8 июля 1717 г. Волынский доносил канцлеру ПИ. Головкину, что шах Гуссейн и его вельможи довели страну «до ручки»: «…свои дела идут у них беспутно, как попалось на ум, так и делают безо всякого рассуждения; от этого так свое государство разорили, что, думаю, и Александр Великий в бытность свою не мог войною так разорить. Думаю, что сия корона к последнему разорению приходит, если не обновится другим шахом; не только от неприятелей, и от своих бунтовщиков оборониться не могут…»
