1
Лора прижалась ко мне, и я почувствовал, что она дрожит. Мы смотрели, как полицейские пронесли носилки в расположенный на первом этаже медпункт.
От толпы отделились мужчина и женщина в лыжных костюмах и подошли к потрясенному Гарделле.
– Я врач, – сказал мужчина. – Доктор Чарлз Френч. А это моя жена, работает медсестрой. Можем вам чем-нибудь помочь?
Они были симпатичной парой. На взгляд, лет тридцати пяти, и в своих дорогих костюмах навевали мысли о Парк-авеню. Он был смуглый, жилистый, и от него веяло холодной деловитостью. Она – светловолосая и очень привлекательная.
Гарделла махнул рукой в сторону носилок, и врач с женой пошли за полицейскими.
Тишину нарушил пронзительный женский голос:
– К черту дорожные кордоны! Я уезжаю!
Журналисты кинулись за врачом и его женой. В приюте воцарился хаос. Гарделла что-то кричал в толпу, но из-за шума я не разбирал слов. Из бара снова полетели отрывистые звуки фортепьяно. Некоторые, несмотря ни на что, продолжали упорно веселиться. Другие, с десяток или больше, натянули куртки и пальто и бежали к выходу, где подобно заиндевелой статуе неподвижно стоял Питер. Может быть, они хотели попасть в свои коттеджи или, потакая мерзкому желанию, устремились посмотреть на кровь на снегу.
Затем я заметил, что Питер подает мне знаки. Показывает в сторону кабинета и сам пробирается туда сквозь толпу. Гарделла в это время пытался не отстать от носилок.
– Нас не имеют права насильно удерживать, если здесь на свободе маньяк-убийца! – крикнул кто-то мне в ухо. В глазах совершенно незнакомого человека был заметен страх.
Стараясь оградить Лору от толчков, я обнял ее за плечи. Впечатление было таким, будто мы оказались внутри включенного миксера. Шли к кабинету мелкими шажками, люди смеялись нам в лицо, кричали что-то друг другу, пихались и толкались. Макс стоял в дверях и беспомощно смотрел на беснующуюся толпу.
Мы с Лорой наконец добрались до кабинета и проскользнули внутрь.
– Заприте, – попросил Питер. Он опередил нас и, сбросив куртку, отряхивал с нее снег.
Лора не чувствовала ног, они были словно ватные. Прежде чем запереть замок, я подвел ее к камину, в котором горело большое бревно, и усадил на стул. После гвалта в вестибюле благодаря шумоизоляции здесь было невероятно тихо. Лоре надо было дать выпить, и я вспомнил, что у Гарделлы была бутылка виски. В ней оставалось еще на дюйм или два спиртного. Я плеснул виски в картонный стаканчик и протянул девушке. Она выпила одним глотком, вернула мне стаканчик и осталась сидеть со сложенными на коленях руками.
Питер перекинул куртку через спинку другого стула. Под его голубыми глазами темнели от усталости синяки.
– Это я его нашел, – очень спокойно объяснил он.
Мы с Лорой уставились на него.
– Выяснил имена тех двух, что провожали Марту домой. Фрэнк Хансен и Джерри Нот. Оба приехали в приют впервые – в качестве официальных лиц на лыжные соревнования. Кто-то устроил в одном из коттеджей частную вечеринку. Мне шепнули, что они там, и я пошел поговорить с ними. Никакого результата. Оба только вчера вечером познакомились с Мартой. Искали любовных приключений, но ничего про нее не знали – ни кто ее друзья и вообще ничего полезного.
Я уже шел сюда и хотел закурить, но в моей зажигалке закончился газ. Вспомнив, что в перчаточнике лежит баллончик с газом, повернул к парковке. – На щеке Питера от волнения дергалась жилка. – Я заметил что-то в сугробе. Предмет почти занесло снегом, были различимы очертания человека. Наверное, пьяный, решил я. Отключился и, если ему не помочь, наверняка замерзнет. А когда подошел… – Питер отвернулся и закурил.
Я понял, что ему сто́ит больших усилий держаться.
– Шесть дюймов стального острия наконечника лыжной палки пронзили ему горло. Руки сомкнулись на палке, словно он пытался вытащить ее из себя. Но прежде чем ему это удалось, потерял сознание. Снег вокруг был красен, как на бойне. Я… я не мог сам его перетащить. Не знал, есть ли в приюте врач. Палку тронуть тоже не решился. Попытка вытащить ее из раны могла повлечь роковые последствия. Я бежал к приюту, когда навстречу вышел Гоуэн. Он взял из полицейской машины носилки, и двое полицейских принесли прокурора сюда. – Кончик сигареты Питера вспыхнул красным огоньком. – Окажись я там пятью минутами раньше, мог бы его спасти и захватить преступника. Проснись прошлой ночью на несколько секунд раньше, увидел бы его из окна. Черт возьми, абсолютно все ему на руку!
