Ознакомительная версия. Доступно 44 страниц из 220
о новом рассказе, прежде чем посылать его в какие-либо журналы. С этой целью он разослал знакомым оригинал рукописи и копии. Некоторым история понравилась, а вот Августу Дерлету – совсем наоборот. Насколько суровой была его критика, можно догадаться по ответу Лавкрафта на его письмо: «…твоя реакция на мои несчастные „Грезы в ведьмовском доме“ отчасти стала ожидаемой – хотя и не думал, что это творение покажется тебе настолько жалким… Вся эта ситуация лишь подтверждает: моя карьера прозаика, вероятно, окончена»39. Даже если Дерлет был прав, Лавкрафту в тот момент все-таки требовалась поддержка, а не критика. В другом письме Говард подробнее писал о мнении друга: «…Дерлет вовсе не заявлял, что он не годится для печати, – напротив, ему кажется, что его возьмут куда-нибудь. Вместе с тем рассказ он назвал слабым, а это уже совсем другая и куда более прискорбная оценка»40. Иными словами, Дерлет счел «Грезы в ведьмовском доме» историей на уровне всякой ерунды, которая заполняла большинство страниц Weird Tales, регулярно вызывая негодование Лавкрафта. Неудивительно, что он отказался предлагать рассказ какому-либо журналу, и некоторое время текст просто обрастал пылью.
Примерно год спустя Дерлет исправился, попросив Лавкрафта еще раз прислать «Грезы в ведьмовском доме». Втайне от Говарда он отправил произведение Фарнсуорту Райту, и тот сразу принял рассказ к публикации, заплатив Лавкрафту сто сорок долларов. «Грезы» вышли в июльском номере Weird Tales за 1933 год.
Приблизительно в то же время в жизни Лавкрафта появилось еще несколько поклонников, коллег и писателей. Среди них был один крайне странный субъект по имени Уильям Ламли, о котором в 1931 году Лавкрафт рассказывал в письме к Дерлету:
«Ты еще не слышал про чудака Уильяма Ламли из Буффало, штат Нью-Йорк, что разыскал меня через WT? Он всерьез верит в магию и прочитал все наполовину вымышленные труды Парацельса, Дельрио и т. д., хотя сам страшно безграмотен и пишет с ошибками. Он хотел побольше узнать о культах Ктулху и Йог-Сотота, а когда я сообщил ему, как на самом деле обстоят дела, он прислал мне в подарок великолепное иллюстрированное издание „Ватека“!»41
Кларку Эштону Смиту Лавкрафт писал следующее:
«[Ламли] утверждает, что был свидетелем чудовищных ритуалов в заброшенных городах, ночевал в доисторических руинах и, проснувшись, постарел на двадцать лет, что в самых разных местах видел странных духов стихий (в том числе и в Буффало, поскольку он частенько бывает в долине призраков, где ему является расплывчато-белое Нечто), выступил автором и соавтором выдающихся трагедий, а в далеких азиатских крепостях общался с невероятно мудрыми и пугающе древними чародеями… и недавно из Индии ему прислали жуткую книгу на неизвестном языке эпохи палеогена… открыть которую можно только после особой церемонии очищения, а для этой церемонии необходимо облачиться в белое одеяние!»42
Ламли (1880–1960) был одним из тех, кто сильно заинтересовался формирующейся псевдомифологией Лавкрафта (в 1929 году Лавкрафт получил письмо от женщины из Бостона, среди предков которой были салемские ведьмы43, а также от «безумца из Мэна»44, пытавшегося выведать у Говарда информацию о культе дьявола и обещавшего не использовать ее во вред другим). Большинство «любопытствующих» вскоре пропали, однако Ламли продолжал упорствовать. Как и некоторые современные оккультисты, он не сомневался в правдивости мифов Лавкрафта, хотя и сам Говард, и его коллеги утверждали, что все это выдумка: «Пусть нам и кажется, что мы сочиняем рассказы, и пусть мы (что за абсурд!) не верим в написанное, но на самом деле мы вопреки всему сообщаем людям правду, выступая в качестве глашатаев Цаготтуа, Крома, Ктулху и других замечательных обитателей Внеземного мира»45.
Более уравновешенным новым знакомым оказался Гарри Керн Бробст (1909–2010). Родился он в Уилмингтоне, штат Делавэр, в 1921 году переехал в Аллентаун, штат Пенсильвания. Еще в юности он увлекся «странной» литературой и научной фантастикой, в особенности творчеством Э. По, Ж. Верна, Дансени, Кларка Эштона Смита и Лавкрафта. Адрес Лавкрафта он узнал у Фарнсуорта Райта из Weird Tales и впервые написал Говарду примерно осенью 1931 года. Вскоре после этого в силу удачного стечения обстоятельств Лавкрафт еще больше сблизился с новым коллегой.
После окончания школы Бробст решил продолжить обучение в сфере ухода за психически больными. Один друг посоветовал ему учебную программу в больнице Батлера в Провиденсе, куда Бробста и приняли. Едва узнав об этом, Лавкрафт прислал тому огромное письмо с подробным рассказом обо всех старинных красотах Провиденса, благодаря чему Бробст мог освоиться в новом городе еще до переезда.
Бробст прибыл в Провиденс в феврале 1932 года. Несколько недель спустя он зашел в гости к Лавкрафту, и тот произвел на него сильное впечатление – как, впрочем, и скромная обстановка его жилища на Барнс-стрит, 10:
«Он был высоким, с лицом желтовато-болезненного цвета, при этом очень оживленный… глаза темные и блестящие. Не знаю, связно ли звучит подобное описание, однако именно такое мнение у меня о нем сложилось – как о полном жизни человеке. Мы сразу же подружились…
На Барнс-стрит, 10, если не ошибаюсь, он жил на первом этаже… в комнате не было окон, освещение только искусственное. Помню, однажды я зашел к нему, стояли холода… В комнате было душно и очень пыльно (он никому не разрешал вытирать пыль, особенно с книг), постельное белье (говорить об этом крайне неловко) выглядело несвежим… Из съестного у него имелся лишь кусок сыра»46.
И ничем ведь теперь не загладить позор с этими грязными простынями! Лавкрафт очень щепетильно относился к собственному виду и старался быть опрятным, а вот окружающая обстановка его практически не беспокоила. Далее Бробст описывает, как Лавкрафт с напыщенным видом достал с полки книгу и сдул с нее пыль – вероятно, как любителю всего старинного, ему нравилось жить среди полок со старыми пыльными книгами.
Следующие пять лет Бробст будет тесно общаться с Лавкрафтом, приходить к нему по несколько раз в неделю, вместе посещать музеи, обедать в ресторанах и знакомиться с гостями, приезжающими к Лавкрафту из других городов. В тот период мало кто так близко общался с Лавкрафтом лично. Позже Бробст получил степень бакалавра психологии в Брауновском университете, а затем магистерскую и докторскую степени в Университете Пенсильвании. Долгое время он преподавал в Университете Оклахомы и затем поселился в Стилуотере, штат Оклахома.
Карл Фердинанд Штраух (1908–1989), друг Бробста, впервые написал Лавкрафту осенью 1931 года. Он был родом из Лихайтона, штат Пенсильвания, но почти всю жизнь
Ознакомительная версия. Доступно 44 страниц из 220
