Как-то юная красоткаНа полянке танцевала,До канавки доскакавшиНогу там подобрала.С деревянною ногоюОбошла она полсвета,В путь отправилась красоткаНогу Сильверу вернуть…
Глава двадцать шестая, в которой совсем не все благополучно
Д.Э. Саммерс полюбовался на себя в витрину магазина одежды. Сначала в фас, потом в профиль, и, наконец, повернувшись спиной.
– Надо бы нам, компаньон, прибарахлиться, – задумчиво сообщил он, и подергал жилет в надежде прикрыть дивные скелеты.
– А то экспонаты из нашего заведения какие-то, – поддержал М.Р. Маллоу. – Экстравагантный костюм, сэр – признак недалекого ума. Таким типам и похвастаться больше нечем.
Два приличных костюма, которые приобрели двое джентльменов, в точности повторяли десятки и сотни таких же от Манхэттена в Нью-Йорке до Вебстер-стрит в Сан-Хосе.
– Сэр, – бодро сказал Дюк, – завтра к доктору Брауну.
Праздник был испорчен. М.Р. Маллоу смотрел в глаза компаньону, для чего пришлось задрать подбородок, и старался не моргать.
Джейк ничего не ответил.
– Раньше доберемся, – Дюк отпихнул подальше мешок с источающими запах нафталина экспонатами и полез в катафалк, – раньше будем знать правду. А то у меня уже никаких нервов не осталось.
– Да ну, – забираясь на козлы, пробормотал Джейк.
– Что значит, «да ну»? Ты что, передумал?
Компаньон молча смотрел вперед.
– Ты что, обалдел? Ты хоть соображаешь, чем это может кончиться?
– Твоя сыпь прошла через неделю, – проговорил Джейк.
– Да? – взвился Дюк. – А что такое первичный шанкр, ты знаешь? У меня все, как по писаному: сначала сыпь, потом она исчезает, и через какое-то время сифилис переходит во вторичную стадию! Потом вторичный сифилис. Он тоже исчезает. Ничего не видно, но ты гниешь. Мне конец!
– Ладно, – сказал Джейк без особенного энтузиазма. – Проясним твою сыпь.
– Чего-чего? – Дюк не поверил ушам. – Проясним мою сыпь?
– Слушай, у меня все чисто!
– Чисто-чисто, – усмехнулся компаньон. – Так тоже бывает. С виду ничего, потом раз – и ты в папулах!
– Сэр, хватит меня пугать. Что ты выдумываешь?
– Я ничего не выдумывал, – голос компаньона начал напоминать плевки закипающего чайника. – Там так и было написано, в точности!
– Где – там?
– В журнале!
– В каком журнале?
– В «Популярной науке»! Эрлих писал! Понимаешь, Эрлих!
– Ты бы лучше Джерома читал, паникер! Как для тебя написано!
– Это я паникер? – задохнулся Дюк.
– А кто, я, что ли? – заорал потерявший терпение Джейк. – Таким, вроде тебя, только медицинский справочник в руки дай – все симптомы сойдутся!
– Я-то, может быть, и паникер, – ноздри М.Р. мелко вздрагивали. – Может быть, я и слишком. А вот ты – сказать, кто? Сказать, кто?
* * *
Компаньоны не разговаривали друг с другом весь день. Потом оказалось, что Злыдень хромает, и пришлось искать кузнеца. Дюк посмотрел на выразительную спину компаньона: тот как раз держал копыто конского сына, пока кузнец сбивал старую подкову, подхватил ведро и пошел к реке за водой.
– Но не мог же я смолчать? – спросил он сам себе по дороге. – Это как дыра на интересном месте: кто-то должен тебе о ней сказать.
– Причем тут это, – ответил он тоже сам себе, мрачным тоном, с некоторым даже вермонтским акцентом. – Просто у тебя паника!
– Нет, я конечно, мог и смолчать, – ответил он этому, мрачному. – Ну, и будет драма! И что тогда мы будем делать?
– Если будет драма, – раздался сверху голос с вермонтским акцентом, – она все равно будет! Только я узнаю об этом раньше времени!
М.Р. не удержал равновесие, вляпался коленями в мокрую глину. Посмотрел на разбегающиеся от ведра круги. Проходя мимо компаньона, cказал:
