– Дети мои, вы отдохнули с дороги? – спросил пастырь Петер. – Тамос рассказывал, как ваш караван двигался днем и ночью, разя подземников по пути. Это немалый подвиг.
Плечи Гареда приподнялись и опали.
– По мне, так ночи как ночи. Убивать демонов – та еще работенка, но это не то что валить деревья. Мой топор пометил сам Арлен Тюк. Замахнешься на демона – и никакой усталости. С каждым ударом становишься все сильнее.
Все захмыкали и понимающе закивали, но Рожер умел рассмотреть изнанку. Скорее всего, никто из гостей не видел демона вблизи, не говоря уж о том, чтобы с ним сразиться.
– А вы, Рожер? – осведомился Джансон. – Насколько я понимаю, у вас такого преимущества нет, когда вы завораживаете демонов игрой на скрипке. Должно быть, утомительно играть всю ночь.
– Вот они, мои мозоли, милорд, – улыбнулся Рожер, показывая свои восемь пальцев.
Собеседники были достаточно подготовлены, чтобы не вздрогнуть, но он прочел в их глазах изумление. Искалеченная рука – суровое напоминание о том, что таилось ночами за их мечеными стенами.
– Как говорит Гаред, мы в Лощине привыкли к таким вещам, – продолжил Рожер. – Может быть, я малость разомну пальцы, если сыграю в убежище…
– Не трудись, – сказал Кирин. – Я уже пробовал. Никто не садится играть в кости с жонглером.
– Мать-герцогиня дураков не растит, – заметил Джансон.
Райнбек и его братья расхохотались, как будто Кирин вообще не сказал ни слова.
Герольд же вымученно присоединился к веселью, отчаянно пытаясь хоть немного вписаться в компанию. Он воспользовался наступившей паузой:
– У меня тоже есть кое-какой опыт общения с демонами. Вы, может быть, слышали историю о том, как я отсек руку скальному демону?
В памяти Рожера что-то мелькнуло, но дело тем и ограничилось. Остальные застонали.
– Только не снова эту пьяную байку, – воспротивился Райнбек.
– Должно быть, демон был мелкий, – не поверил Гаред. – Ты вряд ли дотянешься до руки приличного скальника. Что у тебя было? Топор? Киркомотыга?
Кирин улыбнулся, оживившись.
– Сие великая притча! – Он отвесил Райнбеку поклон. – С дозволения вашей милости…
Герцог прикрыл ладонью лицо.
– Очень надо было спрашивать, барон? – Он махнул рукой в сторону Кирина. – Ладно, герольд. Спой свою песнь.
Кирин метнулся на середину комнаты, призывая к вниманию, а герцог подал знак принести еще вина. У герольда была отличная лютня, и если пел он средне, то и Рожер не относился к великим певцам. Голос Кирина, густой и чистый, окутал помещение чарами.
Кромешный мрак…В чужом краюНикак мне не уснуть.
За кругом враг,Я весь горю,Терзает ветер грудь.
Раздался крик:«На помощь! Эй!»Дитя! В глазах испуг.
«К нам, напрямик!Беги скорей!Тебя спасет лишь круг».
Малыш в ответ:«Я упаду!»Разносит эхо плач.
Забыв запрет,К нему бегу,Вцепился вестник в плащ:
«Остановись!Он обречен,Его ты не спасешь.
Меня держись,Иль прямикомИм в когти попадешь!»
Я отобралЕго копьеИ прыгнул за черту.
Страх сил придал,И на зверьеЯ в ярости бегу.
Я закричал:«Крепись, малыш!» —И бросился к нему.
«Ты слаб и мал,Не добежишь.На помощь я спешу!»
Рисую меткиНа земле.Все валится из рук.
Грозит нам смерть,Ему и мне, —Подземники вокруг!
Ночь разорвалРев громовой —Явился великан.
Я задрожал,Едва живой.В глазах стоит туман.
Его рога —Как два копья.Прочна его броня.
Узрев врага,Кричит дитя,Хватаясь за меня.
Качнулась твердь…Свиреп и дик,Враг лапу протянул…
Казалось, смерть —Но в тот же мигЯ меткой круг замкнул!
Пусть говорят,Что лишь заряНесет отродьям вред.
Я рисковалСобой не зря —Узнал другой ответ[1].
Последние слова поразили Рожера, и он вдруг понял, почему притча показалась такой знакомой. Сколько раз Арлен рассказывал об одноруком демоне, который преследовал его годы после того, как в детстве юный Тюк отрубил ему руку? Могло ли подобное дважды произойти на дороге в Милн?
Кирин расшаркался, и раздались аплодисменты, но только не из угла, где затаился Джасин, и не из круга собеседников герцога.
Рожер хлопал громко и медленно, чтобы от сводчатого потолка разлеталось эхо. Он аплодировал и когда прочие рукоплескания стихли. Все взоры приковались к нему.
– Славная история! – зычно похвалил Рожер. – Хотя я знал человека, который рассказывал ее иначе.
– Неужели? – надменно осведомился Кирин, умевший почувствовать вызов. – И кто бы это мог быть?
– Арлен Тюк, – ответил Рожер, и зал загудел.
С притворным недоверием он посмотрел на Кирина, и у того отхлынула от лица кровь.
– Ты понимаешь, конечно, что из мальчика в твоей песни вырос не кто иной, как сам Меченый?
– Не помню, чтобы в той истории участвовал жонглер, – встрял Гаред, и гул усилился. – Хотите правдивую песнь? – Барон хлопнул Рожера по спине, и тот невольно шагнул вперед. – Рожер, сыграй-ка «Битву за Лесорубову Лощину»!
Теперь закрыл лицо Тамос. Рожер повернулся и, как Кирин, поклонился Райнбеку:
– Ваша милость, мне не обязательно…
– Ее уже исполняют во всех кабаках отсюда и до самого Милна, – отмахнулся Райнбек. – Можно послушать и из первых уст.
Рожер сглотнул, но достал скрипку и заиграл.
Поразил Лощину мор,Полон лазарет,Бруне-травнице конец,Ученицы нет.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Лиша в Энджирсе, и вотЕй дурные вести:Бруне крышка, батька хвор,Нет ее на месте!И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Вот она спешит в ночи,Лишь жонглер при ней.От бандитов не уйтиИ от выползней.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Вдруг навстречу – человек,Весь в татуировках,Режет тварей без ножаС колдовской сноровкой!И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Их в Лощине ждет беда:Метки покорежены,Кто-то сгинул навсегда,Кто-то изнеможенный.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Меченый не дрогнул,Всех позвал на бой:«Все увидят солнце,Кто пойдет за мной!»И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Все взялись за топоры,Нет пощады никому!Лиша лечит раны ихВ Праведном дому.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Жены, дети спасены,Ночка – жуть маревникова!Поле боя нареклиКладбищем Подземников.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Демоны трепещут.В чем бойцов секрет?«Все мы – Избавители!» —Будет дан ответ.И никто не скрылся,Страха нет в помине.Берегитесь, демоны!Меченый в Лощине!
Пока длилась песнь, Кирин съеживался на глазах. Гаред ревел припев вместе с Рожером, и вскоре его подхватили все собравшиеся в гостиной. К финалу с милнского герольда начисто слетела спесь.
