Глава первая
Сцена в тронном зале короля Хуона
Широкие двери отворились, и барон Мелиадус, недавно вернувшийся из Йеля, вошел в тронный зал короля-императора, чтобы доложить о своих неудачах и открытиях.
Когда Мелиадус появился в зале, потолок которого уходил на такую немыслимую высоту, что, казалось, достигал небосвода, а стены отстояли так далеко друг от друга, что могли бы вместить целую страну, путь ему преградил двойной ряд стражников. Стражники, члены ордена Богомола, собственного ордена короля-императора, носившие украшенные драгоценными камнями шлемы-маски в форме головы этого насекомого, кажется, не горели желанием пропускать барона.
Мелиадус, с трудом сдерживая негодование, ждал, пока их ряды расступятся, чтобы он мог пройти.
Затем он шагнул в зал, полный ослепительного света, на галереях которого висели сверкающие знамена пятисот величайших семей Гранбретани, а на стенах красовались мозаики из драгоценных камней, изображавшие сцены из истории страны и ее великих мужей. Барон двинулся между двумя рядами гвардейцев-Богомолов, застывших, словно статуи, в сторону Тронной Сферы, до которой была целая миля пути.
На середине зала он, по твердо укоренившейся традиции, опустился на колени.
Плотная черная сфера, кажется, на миг содрогнулась, когда барон Мелиадус поднялся, а потом черноту пронзили багровые вены, и сфера начала понемногу белеть, пока от тьмы не осталось и следа. Жидкость, похожая на смесь молока с кровью, заклубилась, затем рассеялась, явив взгляду крошечный силуэт в форме зародыша, свернувшийся в центре сферы. Глаза этого существа, темные и пронзительные, смотрели жестко, светясь древним – на самом деле бессмертным – разумом. Это и был Хуон, король-император Гранбретани и Темной Империи, Великий коннетабль ордена Богомола, обладающий абсолютной властью над десятками миллионов душ, правитель, назначенный жить вечно, во имя которого барон Мелиадус завоевывал Европу и остальные земли.
Голос цветущей юности зазвучал из Тронной Сферы (золотого юноши, которому он принадлежал, не было на свете уже тысячу лет):
– А, наш порывистый барон Мелиадус…
Мелиадус снова поклонился и пробормотал:
– Ваш слуга, вездесущий правитель…
– И что же ты расскажешь нам, торопливый лорд?
– Успех, великий император. Доказательство моих подозрений…
– Тебе удалось разыскать пропавших эмиссаров Коммуназии?
– Нет, сожалею, благородный сир…
Барон Мелиадус понятия не имел, что теми эмиссарами были переодетые Хоукмун и Д’Аверк, проникшие в столицу Темной Империи. Одна лишь Флана Микошевар, которая помогла им бежать, знала эту тайну.
– В таком случае зачем ты здесь, барон?
– Я выяснил, что Хоукмун, который – и я настаиваю на этом – представляет собой величайшую угрозу нашей безопасности, побывал на нашем острове. Я отправился в Йель, где нашел его и предателя Д’Аверка а также чародея Майгана из Лландара. Они знают тайну перемещений между измерениями.
Барон Мелиадус умолчал, что они сбежали от него.
– Прежде чем мы успели их схватить, они растворились прямо у нас на глазах. Могущественный монарх, если они способны приходить в наши земли и покидать их по своему усмотрению, совершенно очевидно, что мы не будем в безопасности, пока не уничтожим их. Я предлагаю немедленно бросить все силы наших ученых – в особенности Тарагорма и Калана – на поиски отступников с целью их уничтожения. Они угрожают подорвать нас изнутри…