«Какое сходство Клит с Суворовым имел?» – «Нималого!» – «Большое». – «Помилуй! Клит был трус, от выстрела робел И пекся об одном желудке и покое; Великий вождь вставал с зарей для ратных дел, А Клит спал часто по неделе». – «Все так! да умер он, как вождь сей… на постеле».
Стихотворение это Батюшков не включил в книгу «Опытов в стихах и прозе». Вечный спор двух философствующих оппонентов – А и В – кажется здесь малость принуждённым. Важная для Батюшкова мысль о бренности всего земного (и великий стоик Суворов, и трусоватый эпикуреец Клит получают в итоге постель и смерть) здесь выражена робко. Читателю может показаться, что стихотворение попросту высмеивает несостоятельность логики оппонента А, утверждающего, что между Суворовым и Клитом имеется большое сходство. Современного человека, несомненно, заинтересует понятие «великий вождь» – такое знакомое, краснознамённое – встретившееся у Батюшкова: оппонент В так величает Суворова.
Плакат времён Великой Отечественной войны. Стихотворная подпись С. Я. Маршака. Кукрыпиксы
Революционный культ молодости, характерный для максималистов-мыслителей, действовавших в переломные для России эпохи, конфликтовал с суворовской культурой. Этот конфликт отразился в записках Юрия Карловича Олеши – как и многие поляки, он относился к Суворову недоброжелательно. Юрий Олеша пишет: «Самое привлекательное для моего внимания за всю мою сознательную жизнь была оглядка на существование за моей спиной Наполеона. Чем так привлекает эта судьба? Она есть не что иное, как символ человеческой жизни с ее молодостью, устремлением в будущее и концом, все еще устремленным куда-то – в закат, в даль острова Святой Елены. Еще мальчиком, при переходе из одного класса в следующий, я получил в качестве награды книгу, которая называлась «Чудо-богатырь Суворов». Это была толстая, дорогая книга в хорошем, красивом переплете, почти шелковом, с изображением, в котором преобладал кармин, какого-то мчащегося воина с пикой, казака. Она мне очень понравилась, эта книга. По всей вероятности, она была составлена в патриотическом духе, снижающем французов – Массену и Макдональда, и других молодых героев – и поднимающем жестокого старика Суворова. Миром управляют старики. Был прорыв в этом смысле, когда появился Наполеон. Чудо молодости осветило историю необыкновенным светом альпийских гор, короны Карла Великого, которую император сам надевает на свою голову, героических поступков, красивых слов, умных мыслей, научных открытий. Именно старик – Суворов – при появлении этого света мечется по долинам Италии, стремясь потушить его. Перешедший на сторону старости, предатель молодости, Александр Первый решает со стариками дела Венского конгресса…».
