Король Фортигерн– Я так взволнована, – сказала Эллиора, когда я проводил ее из офиса прямо в тронный зал замка Фокс-Свомпбурга. Наше прибытие сопровождал порыв ветра. Гермалайя, в косынке и фартуке, молча преклонила колени перед низким столиком, на которым стоял Торт.
Я видел зал лишь однажды, когда доставил туда Гермалайю, чтобы все подготовить. Всего за два часа, с помощью моих друзей, принцесса смогла украсить огромную комнату. Тронный зал было не узнать. Каменные стены были украшены цветными полотнищами. Почетное место занял гобелен с драконом, висевший на стене напротив входных дверей. Троны были сняты с возвышения и поставлены спинка к спинке по кругу с несколькими стульями поменьше. Военные знамена и доспехи, свисавшие с балок над нашими головами, были увешаны цветными лентами, отчего казалось, что свою последнюю битву они вели в магазине игрушек. Похоже, эту бомбардировку с воздуха блестками и серпантином взяла на себя Маша. Поверх оранжевого гаремного костюма на ней была гирлянда ярких цветов из креповой бумаги. Пурпурный мех Корреша был щедро усыпан блестками. Праздничных украшений избежал только Нунцио. На Гермалайе был простой белый шелковый фартук и платок. Эллиора пришла от обстановки в такой восторг, что затанцевала по кругу.
– О, это диво дивное! – воскликнула она. – Это он? – Она подошла к Торту. Тот был покрыт пурпуром, но, в честь Эллиоры, также украшен золотом и зеленью. Гермалайя увела ее прочь, но лепреконша выглянула из-за ее талии на стол. – Какой великолепный Торт! Ни разу за всю свою жизнь не видела ничего красивее!
– Тсс! – шикнул на нее я.
– Поняла, – сказала лепреконша. – Молчу, молчу. Я знаю, в чем ваша проблема. Но согласитесь, ведь он просто прелесть!
– Спасибо, мэм, – вежливо сказала Гермалайя.
– И Торт был изготовлен на этих кухнях?
– Мы не могли этого сделать, – ответил я ей. – Не хотели рисковать. Вдруг кто-нибудь еще догадался, что мы здесь. Но Гермалайя испекла Торт на королевских кухнях Поссилтума на Пенте.
Эллиора восприняла это спокойно.
– Верно, ты ведь пентюх, не так ли? Я не буду ставить это тебе в вину, милый мальчик.
– Тогда давайте начнем, – сказала Гермалайя, доставая из ящика низкого столика коробку свечей. – Сколько вам лет?
Определенное количество шума для церемонии является обязательным, поэтому я не мог использовать чары тишины, как, например, когда я помогал Мармелю искать его семейную реликвию. Вместо этого я изменил их так, чтобы они заглушали издаваемые нами звуки и не давали им ускользнуть наружу. Я представил чары как огромный воздушный шар, окутывающий тронный зал. Одна беда – он создавал лишь тонкий барьер. По ту сторону двери наверняка будет слышен оглушительный хлопок. Я надеялся, что ни один из настоящих воздушных шаров, которыми Гермалайя украсила зал, не лопнет, по крайней мере до тех пор, пока мы не закончим и не будем готовы перенестись в другое измерение. Принцесса спела свою странную песенку и велела Эллиоре задуть торчавшие из Торта свечи.
Обычно дым из фитилей просто рассеивается в воздухе. Но сегодня он спиралью закручивался вокруг рук Гермалайи, когда та ловко разрезала Торт на кусочки и выкладывала их на тарелки.
– Это изумительно, – сказала Эллиора. – Немного магии, и вуаля!
Мы с Машей обменялись взглядами профессионального одобрения. В сегодняшней церемонии было что-то особенное, чего не хватало в других. Либо Гермалайя в последнее время здорово набила руку, либо тот факт, что церемония проводилась в ее родной стране, добавил ей качество, которого не хватало в других местах. Гермалайя и впрямь как будто обрела связь с сакральными элементами, о которых всегда говорила. Я начал улавливать нюансы, которых не замечал раньше. В любом случае, церемония действовала на меня гипнотически, завораживая и околдовывая, как никогда.
Увы, при этом я все равно был вынужден мысленно следить за своими шумоподавляющими чарами. Я сильно расстроился, обнаружив, что огромные причудливые двери не запираются. Это тоже было символом королевского дома Фокс-Свомпбурга, – напоминать своему народу о том, что их правители всегда доступны для него. Нарушение приказа Матфани каралось смертью. Это означало, что любой мог в любое время войти, проткнуть наш пузырь и забрать принцессу и всех нас на казнь. Все это время я держал наготове чары транспортации в другое измерение. Если кто-нибудь нас застукает, я схвачу ее и вытащу оттуда. И Гвидо, и Маша были до зубов вооружены своими собственными формами защиты. Коррешу не требовалось никакого оружия. Но куда больше меня волновало то, чтобы никто не пострадал.
