Марк вдруг расхохотался.
– Антох, уж логичнее было бы переспать с Катей – Ксюшиной близняшкой! – сказал он, потом посерьезнел. – Вопрос трудный. Карина меня не привлекает. Дело в Ксюше – от нее словно флюиды исходят и тянут меня к ней… Нет, замена тут не поможет… Хотя что ты тут с тобой за глубинный психоанализ взялись? Выдумываем чего-то… Все равно я ничего с Ксю делать не стану, это глупо…
– Не отмахивайся, Марк! Лучше попробуй. Вы оба мучаетесь, а в один прекрасный день либо поубиваете друг друга, либо выдадите себя. А между тем это запросто лечится. Часто важные вещи становятся ненужными, когда перестают быть недоступными. Может, после первого же раза вы насытитесь друг другом, что…
Антон отмахнулся от Марка, как от мухи.
– Может, вы раз попробуете и больше не захотите. Успокоитесь и забудете. Мало ли, чего в семье не бывает…
– Действительно, чего в семье не бывает под покровом ночи, особенно когда вмешиваются такие советники, как ты! – язвительно сказал Марк. – Хорошо, если мы потом успокоимся и забудем! А если возненавидим друг друга? Или кто-нибудь узнает? Или если наше влечение лечится не так просто и понадобится не один раз! Ты наизмышлял-наизмышлял, а ведь следовать этому плану и расхлебывать его последствия придется мне! Я-то знаю, чего хочу, а вот чего хочет Ксюша…
– Так узнай! – Антон не собирался сдаваться. – Поговори с ней! Она и сама понимает, что так продолжаться не может!
– Ты просто не знаешь Ксю. С ней невозможно говорить серьезно, если она сама этого не хочет. Она будет увертываться и отмахиваться, пока не доведет меня до белого каления! В жизни не встречал девушку с таким норовом! Если я стану разбирать случившееся вчера, она заявит, что мы были пьяны и ничего не соображали, а сегодня уже все прошло и лучше об этом забыть. Ксю навыдумывает кучу всякого, скажет, что просто капризничала, когда признавалась мне в любви… Красиво же я буду выглядеть! Ни дать ни взять, картинный идиот!
12.
Может, Марк и взялся бы за следование советам Антона, но в это время Ксюша уехала на несколько дней в Барановичи. Ей надоело ругаться с Катей по телефону. Тема была все та же: мама не должна заводить еще одного ребенка. Ксюшу этот Катин эгоизм бесил, поэтому Ксю решила выяснить, что же там все-таки произошло. К тому же отъезд был кстати самой Ксюше, которая не хотела встречаться с Марком. Вот она уговорила подругу заменить ее на работе и отправилась в Барановичи.
Сумеречное вечернее время давно не пугало Ксюшу, и девушка пошла от вокзала пешком. Много вещей она не брала – все уместилось в одном рюкзаке за спиной, а до Славиной квартиры, где после свадьбы жила мама, было недалеко.
Дверь открыл Марат. Ксюша обратила внимание на то, что он стал плотнее – никак отъелся.
– Ксю! – обрадовался паренек, как-то смущенно топчась на месте и не решаясь к ней подойти. Ксюша сама обняла его.
– Маратик, привет. Как дела?
– Нормально. А у тебя?
– У меня все хорошо. Дома есть кто-нибудь?
– Да все есть. Даже те, кто не нужен.
– В смысле?
– В смысле даже Влад тут у Кати. Надоел он мне смертельно.
В прихожую выглянула Дина.
– Кто там, Марат? – спросила она и, увидев Ксюшу, бросилась к ней. Затем позвала: – Тетя Ира, идите сюда! Ксюша приехала.
Мама показалась Ксюше похудевшей и какой-то бледной. За прошедший месяц она сильно изменилась – сменила прическу, перекрасила волосы в каштановый цвет, выбрала другой стиль одежды… Раньше увидеть маму в джинсах и тонкой кофточке было невозможно. Сейчас же она была одета именно так. Ксю была очень рада ее видеть, она скучала по маме, но ее бледный вид вызвал у девушки жалость.
Отчима Ксюша тоже была рада видеть, кстати, взаимно. А вот Катя только взглянула на сестру, произнесла надменное: «Явилась – не запылилась!» и скрылась в комнате.
Мама, Слава, Дина и Марат почувствовали себя неловко перед Ксюшей из-за Катиного поведения, но Ксю махнула рукой и сказала:
– Я потом с ней пообщаюсь. Мы с ней поругались недавно по телефону, и она еще злится. Вы лучше меня покормите, я голодная. Дядя Слава, вы у нас блинный специалист, сообразите что-нибудь фирменное!
Все оживились.
– Хорошо, хорошо, – Слава улыбнулся, услышав про «блинного специалиста». – Кухня у нас самое веселое место, так что идемте туда.
Семья собралась на кухне вокруг стола, Слава принялся «куховарить». Ксюша очень быстро узнала множество новостей: что Марат перешел в физико-математический класс, что Дина учится водить машину, а мама записалась на компьютерные курсы.
– А главное – она так и не бросила работу на фабрике, – сказал Слава. – Хоть работать ей ни к чему, она упорно это делает.
Ксюша взглянула на маму, которая сидела, подперев рукой щеку, и улыбалась.
– Мам, может, тебе все же стоит оставить работу? – спросила девушка. – Ты выглядишь уставшей…
– Мама не от работы устала, – сказал Марат. – Ее Катя все время терроризирует.
– Как? – переспросила Ксюша. Ирина с упреком посмотрела на сына.
– Не нужно, Марат. Катя просто еще не привыкла…
– Конечно, не привыкла! – воскликнула, появляясь на кухне, Катя. – И никогда не привыкну, можешь не защищать меня, мамочка!
– Катя!
– Как ты разговариваешь с мамой? – возмутилась Ксюша. Кэт насмешливо взглянула на нее.
– Еще одна воспитательница! Защитница угнетенных! Ну, давай, защищай! Защищай свою маму и то создание, что она носит в животе! Какая мерзость! Забеременеть в тридцать пять лет! Как не стыдно!
Ксюша широко раскрыла глаза. Все даже хуже, чем она себе представляла! Ксю не могла поверить, что эти чудовищные слова говорит Катя! Катя – та самая, которая в детстве плакала, если видела собаку с перебитой лапой, которая принесла домой и ухаживала за воробышком со сломанным крылом, которая не могла не накормить бездомного котенка! И эта самая Катя говорит такие чудовищные слова своей матери! Добрая, жалостливая девочка – и превратилась в ядовитую кобру.
– Утихни, – велела Ксюша сестре. Катя нахмурилась.
– Ты меня учить приехала?
– Возможно, если понадобится. Влад, надеюсь, ушел, и теперь ничто не помешает поговорить?
– А кто сказал, что я собираюсь с тобой говорить?
– Я сказала, – невозмутимо произнесла Ксю. Катю она ничуть не боялась и не думала церемониться с ней и уважать ее капризы. Поэтому несмотря на Катины пререкания, Ксюша решительно увлекла ее в комнату и заперла дверь. – Теперь ты объяснишь мне, почему ведешь себя так?
– Как – так?
– Почему ты грубишь маме?
