«Пожени меня, священник,Иль получишь пулю в лоб…»
Он крикнул, болезненно сморщившись, и через несколько секунд Йен уже перерезал веревки. Джейми перекатился на спину, дожидаясь, пока затекшие мышцы станут послушными, затем кое-как приподнялся, и его вырвало.
– Ты в порядке, дядя Джейми? – В голосе паршивца звучала плохо скрытая нотка веселья.
– Нормально. Где Клэр, знаешь?
Джейми поднялся на ноги, пошатываясь, и ощупал карманы; руки распухли, как сосиски, а сломанный палец ныл и покалывал невидимыми иголочками. Впрочем, дискомфорт тут же стерся из памяти под натиском переполняющего душу облегчения.
– Ну, дядя Джейми… – покачал головой Йен, явно впечатленный. – Да, знаю. Ее повезли в Нью-Берн – там есть шериф, который, по словам Форбса, может ее забрать.
– Форбса? – Джейми резко обернулся в изумлении и чуть не упал, в последний момент оперевшись о стену. – Нила Форбса?
– Того самого. – Йен поймал его за локоть; хрупкая доска скрипнула под тяжестью веса. – Браун пробовал там и сям… Под конец сговорился с Форбсом в Кросс-Крик.
– Ты слышал их разговор?
– Ну, – небрежно бросил Йен, однако в голосе читалось подавленное возбуждение и даже немалая гордость.
Цель Брауна была проста – избавиться от тяжкой ноши, в которую превратились Фрэзеры. Он знал об отношениях Форбса с Джейми благодаря сплетням, распространившимся после инцидента прошлым летом и столкновения в Мекленберге весной, поэтому предложил Форбсу взять пленников и воспользоваться ситуацией к своей выгоде.
– В общем, походил он туда-сюда, подумал – Форбс то есть, – дело было на его складе у реки, а я прятался за бочками с дегтем. И вдруг засмеялся, будто придумал умную штуку.
По замыслу Форбса, люди Брауна должны привезти связанного Джейми на маленькую пристань неподалеку от Брунсвика, а там погрузить на судно, идущее в Англию. Таким образом, его благополучно устранят и он не сможет ни помешать замыслам Форбса или Брауна, ни защитить жену. Тем временем Клэр предадут в руки правосудия. Если ее признают виновной – что ж, и дело с концом. Если нет, скандал все равно разрушит их репутацию и влияние, тем самым оставив Фрэзер Ридж на растерзание шакалам, а Нил Форбс воспользуется ситуацией и захватит лидерство над шотландскими вигами.
Джейми молча слушал, и в нем боролись гнев и непроизвольное восхищение.
– Ловко придумано, – резюмировал он, чувствуя себя увереннее: адреналин злости, хлынувший в кровь, заставил головокружение отступить.
– Погоди, это еще не все! Помнишь такого Стивена Боннета?
– Ну?
– Именно его судно пойдет в Англию. – Йен уже не скрывал возбуждения. – Оказывается, Форбс давно проворачивает с Боннетом выгодные делишки – он и его друзья-торговцы из Уилмингтона. Они владеют судном и товаром на паях. А с тех пор, как англичане устроили блокаду, прибыль возросла; похоже, наш мистер Боннет – опытный контрабандист.
Джейми грязно выругался по-французски и поспешно вышел из сарая. Море лежало перед ними спокойное, гладкое, словно зеркало; вдаль уходила лунная дорожка. На горизонте виднелось судно, маленькое и черное, совершенное, как паук на листе бумаги. Боннет?
– И когда же они придут, по-твоему?
– Без понятия. – В голосе Йена впервые прозвучала неуверенность. – Как думаешь, сейчас прилив или отлив?
Джейми глянул на мелкие волны, плещущиеся у стен сарая.
– Откуда ж мне знать! Да и какая разница?
Он потер лицо рукой, пытаясь сосредоточиться. Конечно же, его кинжал они забрали. В чулке спрятан sgian dhu[55], но вряд ли трехдюймовое лезвие сильно поможет…
