...кого чтут все языки, во всех веках, во всех странах, кого святой мудрец и дикий в различных славят именах. Богу равно любезны все его творения. Он — Отец и Творец всех. Язычник, христианин лишь наименование, придуманное самими людьми под внушением князя мира, для Бога же и язычники, и христиане — равно люди. Должна существовать в мире только одна равноапостольская церковь.
Так учили масоны. Масонское сообщество было внеисповедным, а потому и члены его не могли, конечно, быть добрыми сынами какой-либо церкви с ее раз установленным ритуалом и точно указанной догматикой. Православное духовенство, как уже было указано выше, бросало масонам упрек в отступничестве от веры отцов, от православия[97], оно обзывало их атеистами. Глава римско-католической церкви, папа Климент XII называл масонов еретиками и отступниками и предавал их отлучению от церкви. Не сочувствовавший масонам архимандрит Фотий также их предавал анафеме. Это была обоюдная неприязнь между масонством и духовенством. Однако среди масонов насчитывалось несколько лиц православного и инославного духовенства[98].
Почти во всех масонских законах и ритуалах встречается правило, что в братство могут быть приняты все без различия люди, при условии исповедания ими христианской религии. Казалось бы, что этим правилом создается запрещение приема в орден нехристиан и образуется непреодолимая преграда к осуществлению соединения всех племен в одну всемирную семью. Это правило резко выделяется на фоне страстной проповеди о равенстве всех людей и при рождении, и по смерти, о всемирном братстве людей. Как помирить эти два противоположные требования? В моих архивных поисках мне удалось найти страничку, затерявшуюся среди розенкрейцерских ритуалов и оказавшуюся в соседстве с протоколом основания тайной ложи. Эта любопытная, драгоценная страничка объясняет указанное мною противоречие. Она тем более интересна, что изложенное в ней объяснение мне встретилось только один раз среди сотен просмотренных масонских бумаг. Вероятно, это было тем сокровенным документом, который не давался братьям для списания, хранился у высших начальников и в случае грозившей опасности или при приближении смерти предавался огню: «В § 2-м теоретической степени, — читаем в этом объяснении[99], — сказано, что каждый брат одной какой-либо известной христианской религии принадлежать должен и, исполняя в точности законы оной, имеет, впрочем, свободу соглашаться на те мнения, кои могут наиближайше руководствовать его к спасению, сильные будут соделать его праведным, добронравным и готовым к услугам ближнему. Что есть вера? Вера есть ум Христов, а из сего и следует, что, где дух или ум Христов, там и свобода; нет разницы между иудеями и греком, обрезанным и необрезанным, свободным и рабом, ибо Христос есть во всем». Вот масонское объяснение, вот их распространительное, с натяжкою, толкование веры. Христос есть во всем, т. е. Христос может быть и в христианине, и в последователе иудейской религии, и в язычнике. Христианами должны называться не только те, которые приняли христианское крещение, но и все, имеющие в себе Христа. Очевидно, что подобное масонское объяснение делает понятным, почему в лоно масонское могли попадать не только одни христиане. Значит, и не вызывающее с первого взгляда никакого сомнения правило о том, что шотландский мастер не может не быть христианином, правило, которому, казалось бы, нельзя не верить, могло иметь иносказательное значение и за несложными словами скрывалась сложная мысль.
