Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 57
Чутье вывело на дрянь точно, как по наводке. Кипя от злости, дернул дверь раз, другой... Что за?.. Замок, что ли, сменили?
И только услышав глупое хихиканье, понял, что замок ни при чем - это стерва забаррикадировалась изнутри, и думает, что ее это спасет! В бешенстве, я пнул дверь ногой, надеясь, что от удара стопор вылетит, и я доберусь до мерзавки, но нет - результатом стало лишь глумливое хихиканье, еще более мерзкое, чем в первый раз. Всё! Ей конец! Я ее убью, оторву ей голову, на этот раз - точно! Чувствуя, как в груди зарождается рык, я сосредоточился на помехе, выпустил заклинание и с удовлетворением отметил, как что-то за дверью с грохотом отлетело, а сама дверь покорно отворилась под моей рукой.
- Тебе конец, Сеймур. Либо ты сейчас же убираешь это дерьмо в небе, либо я выдерну твои поганые кишки и намотаю их тебе на...
Сеймур сидела на парте, обхватив колени. Что с ней было не так. Как бы я ни злился, этого было нельзя не заметить. И это заставило меня оборвать угрозы на полуслове.
- Ой-ой-ой, как страшно! - едко фыркнула Сеймур, попутно слезая с парты. За каждым словом из её рта летели мыльные пузыри. Что за?..
Двигалась Сеймур неуверенно и спускалась на пол, вцепившись в парту для страховки, но когда отпустила опору, ее всё равно качнуло из стороны в сторону. Китти ойкнула - и еще несколько пузырей взмыли и лопнули под потолком. Та-а-ак. Так. Проклятье, пожалуй, исключу. Красная пелена, заволокшая глаза при мысли, что эта овца умудрилась схватить проклятье от кого-то другого, медленно таяла. Новая злость, наползавшая волной, была уже по иному поводу. Раскоординированные движения, глупые смешки... В висках застучали крохотные молотки.
- Что ты пила?
Злой рык отразился от стен кабинета, я сам не понял, как оказался возле нее и когда успел впиться пальцами ей в подбородок, запрокидывая голову Сеймур так, чтобы видеть ее глаза. Она замотала головой, пытаясь освободиться и фыркая, как возмущенный котенок. Молоточки в висках забились сильней.
- Между прочим! Мой день рождения, что хотела - то и пила! И кстати, ты задолжал мне кое-что, Феррерс!
- Что?.. - из последних сил удерживаясь, чтобы не оторвать ей голову на месте, медленно и страшно протянул я, давая этой дуре шанс передумать.
- Подарок! - нагло выдохнула она и помотала у меня перед носом какой-то дурацкой голубой лентой.
Я бы свернул ей шею. Предки свидетелями - я за этим и шел. Вот только сам не понял, как оказался стоящим у стены голышом и с эрекцией, давясь попеременно матом и смехом, наблюдая за стоящей на коленях Сеймур, пытающейся повязать бант мне на... ... на эрекцию, твою мать!!! Дело не ладилось - с моторикой у пьяненькой Кейт приключилась та же беда, что и с координацией, лента выворачивалась, как живая, соскальзывала, узел выходил то тугим, то слабым, то расползался... Кейт то хихикала, то обижено сопела, и радужные пузыри поднимались цепочкой мимо моего бедра, невесомо касавшись живота, лопались с едва ощутимыми брызгами.
Мне уже не было смешно. Сердце колотилось в пересохшей глотке, кровь пульсировала в ушах. Русая голова, склонившаяся к моему паху. Прикосновения неловких пальцев. Дыхание, касающееся то паха, то бедра, то живота... Помогите мне, предки! Лента снова соскользнула с члена, как изворотливая змея, и Сеймур с обиженным фырканьем куснула меня в бедро и, подбирая ленту, метнула гневный взгляд снизу-вверх. Нет, предки, не надо мне помогать - просто дайте мне терпения, а с остальным я сам справлюсь! Я тихо рыкнул, и Кейт, то ли успокаивая, то ли извиняясь, лизнула меня в место укуса, протянув влажным горячим язычком огненную дорожку. С судорожным выдохом сквозь стиснутые зубы, я выдрал у Сеймур чертову ленту и со злобным рычанием сам повязал гребаный бант. Пальцы у меня ощутимо подрагивали.
Сеймур, так и не встав с колен, зачарованно следила за каждым жестом, каждым движением. Я ощущал ее взгляд кожей. Чувствовал его прикосновение. И когда я закончил, Сеймур запрокинула голову. И я, поймав ее взгляд, сглотнул, и прикрыл глаза, не в силах смотреть, как она встает, прижавшись к моим ногам грудью, поднимается, скользя кожей по голой коже, целуя и покусывая.
Твою мать, Сеймур! Черт, черт, черт!!!
Один рывок - и вот уже она стоит, притиснутая к стене, а я прижимаюсь к ней всем телом, и целую горячий рот, и острый язычок скользит мне на встречу, лаская мой жадный язык. Мои руки мечутся по ее телу, и она выгибается мне навстречу, извивается, трется бедрами, и между нами только треклятый голубой бант...
Чертова Сеймур! Подхватывая ее под ягодицы, чувствуя, как ее ноги обвиваются вокруг моего пояса, рывком вгоняя член в горячий вход, я мог думать только об этом. И все мои охренительно яркие ощущения сбились в два слова, мечущихся по черепной коробке. Чертова Сеймур! Я вколачивался в податливое тело, стиснув зубы, плотно зажмурившись, потому что стоило мне открыть глаза - и я бы тут же кончил от одного только зрелища голубого банта, то и дело сминаемого нашими телами.
А мне надо, надо было удержаться еще чуть-чуть, потому что по напряженному лицу Сеймур, по ее закушенным губам, по отчаянным рывкам и судорожным вздохам, я видел - она уже близко, и надо продержаться самую малость, еще толчок, еще удар, и ещё чуть-чуть, дождаться, пока Китти-котенок сначала напряженно замрет, а потом обмякнет всем телом - и тогда с ней можно будет делать всё, что пожелаю. И тогда настанет моя очередь. А для этого надо не смотреть вниз, где мой член, блестящий от смазки, ныряет внутрь Китти, на смятый, потемневший от нашего пота идиотский бант, то и дело прижимающийся к растянутому входу.
Твою мать! Не думай об этом, кретин! Поздно...
Семя вытекало непривычно долго, с трудом преодолевая препятствие. Приятное онемение растянулось дольше обычного. Я всхлипнул и запрокинул голову, смакуя долгий, охренительно сладкий оргазм. А когда пришёл в себя, наткнулся на жадный, испытывающий взгляд Сеймур, кончившей, судя по всему, вместе со мной.
Кейт уже оделась и ушла, а я все еще неторопливо собирался, давая ей время отойти подальше, на случай, если кто-то бродит по коридорам в неурочное время. Оделся. Застегнулся. Воспользовался очищающим заклинанием - неспешно, тщательно проговаривая звуки. Подобрал и сунул в карман ленту, легко спавшую с меня после того, как всё закончилось. В несколько пассов убрал прочие следы пребывания в кабинете студентов в неположенное время. Следует признать, что сложившееся разделение ролей у нас оказалось удачным. Она следит, чтобы нас никто не обнаружил в процессе, я подчищаю следы после. Уже у себя в комнате я спохватился, что кое о чем забыл, и выглянул из окна. Слава предкам - идиотская шуточка Сеймур растаяла сама собой. И хорошо. Потому что идти, вытаскивать стерву из постели, чтобы заставить-таки убирать позорящую честь и достоинство рода надпись у меня не было сил. Раздевшись, я рухнул на кровать. И уже засыпая, с ухмылкой подумал, что ленту надо бы засунуть пока куда-нибудь с глаз долой и при случае - вернуть.
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 57
