«Они высоко несут свою ТоруКак знамя, что реет до небес,Они доказали, как велик их дух,Давайте докажем, как велик наш!
Позвольте обратиться к Вам, моим братьям, словами нашего еврейского поэта Израэла Зангвилла! Мы собрались под звездно-полосатым знаменем, под защитой которого мы пользуемся безмерными благами. Мы вольны жить своей жизнью и поклоняться своему Создателю по своему желанию. Позвольте мне обратиться к Вам, когда настают великие дни, чтобы Вы шире распахнули свои сердца и свои кошельки и помогли тем, чьей ужасной участи они избежали милостью Божией! Выполнили ли вы свой долг в этом отношении целиком, можете ли вы предстать перед Господом, когда вас призовет трубный глас, и ответить: «Вот я… Не стану отказывать моим братьям и готов предложить как жертву помочь облегчить их страдания, несчастья тех… кого грабят, мучат и убивают лишь по той причине, что они евреи». Если вы хотите, чтобы Всевышний в эти святые дни услышал ваши молитвы, услышьте сами вначале плач, который доносится к вам через воды, и обратите на него внимание!
Джейкоб Г. Шифф».
Трагическая гибель Израэла Фридлендера от рук бандитов на Украине, куда он отправился с миссией помощи, глубоко потрясла Шиффа. 13 июля 1920 г. он телеграфировал жене
Фридлендера: «Меня потрясла печальная судьба Вашего мужа, которого я высоко ценил и с которым дружил. Примите мои соболезнования… Ваша утрата невосполнима. Всевышний вознаградит Вас и Ваших детей за ту жертву, которую понес Ваш муж. На то Его воля, и Его воля будет исполнена. Надеюсь, Вы будете рассчитывать на меня как на друга».
С большим трудом Шиффа удалось уговорить, из-за слабого здоровья, не посещать собрания 9 сентября в память Фридлендера и его собрата-мученика Бернарда Кантора. Он направил собранию письмо: «Недавно, по возвращении домой, я нашел приглашение присутствовать на мемориальном собрании, которое должно быть проведено под покровительством Распределительного комитета «Джойнт» при содействии семинарии и других органов, в память профессора Фридлендера и доктора Кантора, которые, путешествуя в качестве уполномоченных Распределительного комитета «Джойнт» и предоставляя помощь от имени Американского фонда помощи евреям, пострадавшим от войны, трагически погибли на Украине. Я считаю большой честью и долгом присутствовать на мемориальном митинге в следующий четверг, но, к сожалению, из-за слабого здоровья врач велел мне воздерживаться от всяких волнений и особенно от многолюдных собраний. Поэтому вынужден отказаться от возможности воздать должное двум этим людям, которые пожертвовали жизнью, желая принести помощь нашим страдающим братьям на Украине, и которые, в силу своей трагической гибели, навечно остались в сердцах наших единоверцев…
Я был знаком с профессором Фридлендером еще с тех пор, как он приехал в Соединенные Штаты, и всегда высоко ценил его и его дружбу. Его отличали подлинное бескорыстие и постоянное стремление служить лучшим интересам нашего народа, чего бы ни потребовало такое служение. Мыслями я буду с теми, кто соберется на мемориальное собрание в четверг, и я несказанно сожалею, что личные условия мешают мне прийти, ввиду чего прошу… зачитать мое письмо в числе речей на собрании».
Хотя после 1914 г. война и связанные с ней проблемы больше всего занимали Шиффа, у него были и другие дела, многие из которых требовали даже большего его внимания. В начале войны Америка переживала период экономического спада и безработицы, которые не закончились до тех пор, пока крупные иностранные закупки не способствовали росту заработной платы и цен – по крайней мере во многих отраслях. Более того, первые годы войны до некоторой степени усилили в Америке общественное недовольство и возмущение материальным неравенством. Шифф всегда остро чувствовал растущее недовольство существующими порядками, но был против того, чтобы просто критиковать трудности, не предлагая конкретных и приемлемых мер для исправления ситуации. В тот период он больше чем когда бы то ни было занимался трудовыми спорами. В 1915 г. в швейной промышленности создались условия, грозившие забастовкой, в которой приняли бы участие 50 тыс. человек. Президент Международного профсоюза работников швейной промышленности угрожал призвать к общей забастовке. Тогда и в нескольких последующих случаях Шифф встал на сторону рабочих. Так, 2 мая 1916 г. он писал знакомому: «Полагаю, что нынешних трудностей с рабочими в Вашей отрасли можно было бы избежать, если бы руководители Ассоциации промышленников проявили меньше упрямства».
