«Но сурово брови мы насупим,если враг захочет нас сломать…»«Враг», хотевший «сломать» советских людей, явно находился среди тех «врагов народа», которых ежедневно разоблачали сотрудники НКВД.
Писатель Борис Пильняк как раз написал роман «Созревание плодов», в котором читателей поджидали неожиданные сюрпризы. Вот один из них:
«Я, например, считаю, что ГПУ существует мне на пользу, чтобы мне удобнее жить. Если мне надо узнать человека, я начинаю безразличный разговор, так, мол, и так, было ГПУ, а теперь уничтожено, теперь НКВД, а раньше было В ЧК. Если человек боится ГПУ, – значит, человек липовый. Я примечал: кто боится, тот садится».
И тут же рядом – уже не ёрничанье, а признание, явно шедшее из глубины души:
«…как они мне все надоели – большевики – весь этот сивый бред, всё это скудоумие! Как меня тошнит от них!»
Разумеется, эти слова произносил персонаж резко отрицательный. Но слова-то эти произносились!
Многих достаточно информированных советских людей продолжала тогда поражать фантазия наркома внутренних дел. Как пишут биографы Генриха Ягоды, именно в этот момент он распорядился, чтобы смена караулов проходила на виду у публики и к тому же под музыку, как это было принято в царской лейб-гвардии. В Кремле по приказу наркома сформировали новую курсантскую роту, в которую подбирали ребят двухметрового роста и богатырской силы.
Утром 17 июля 1936 года из французского города Брайона были отправлены десятки телеграмм во многие города Испании и испанского Марокко. Все телеграммы содержали одни и те же слова:
«Семнадцатого в семнадцать. Директор».
Это был сигнал к мятежу вооружённых сил против республиканского правительства Испании.
18 июля в 15.15. по мадридскому радио прозвучало сообщение:
«Правительство снова подтверждает, что на всём полуострове полное спокойствие».
Так в Испании началась гражданская война.
А 20 июля 1936 года из Москвы стартовал самолёт АНТ-25, ведомый Валерием Чкаловым (первый пилот), Георгием Байдуковым (второй пилот) при поддержке Александра Белякова (штурман). Крылатая машина взяла курс через Северный Ледовитый океан на Петропавловск-Камчатский. Через 56 часов и 20 минут полёта самолёт приземлился на песчаной косе острова Удд в Охотском море.
Тотчас из Москвы на Дальний Восток отправилась эскадрилья тяжёлых бомбардировщиков под командованием 29-летнего лётчика Ивана Проскурова. Через 29 часов 47 минут самолёты приземлились в Хабаровске – эскадрилья доставила сюда специалистов и запчасти для ремонта чкаловского самолёта, который был повреждён при посадке. За этот рекордный перелёт нарком обороны Клим Ворошилов наградил лётчика Проскурова золотыми часами.
А поэту Константину Бальмонту, находившемуся в то время во Франции, жилось довольно трудно: литературные гонорары стали мизерными, он едва сводил концы с концами. А когда в 1936 году Бальмонт попал в автокатастрофу, то в письме в Харбин к Всеволоду Владимировичу Обольянинову жаловался не на ушибы, а на испорченный костюм:
«Русскому эмигранту в самом деле приходится размышлять, что ему выгоднее потерять – штаны или ноги, на которые они надеты…»
