Гений выше и больше своей эпохи. Важная сторона гения – возможность решения таких задач, которые другим людям кажутся невероятными.
Вячеслав В. Иванов
Сергей Аверинцев
Без героической позы, не отказываясь быть осторожным, но запретив себе даже тень капитулянтства, ни на миг не покладая рук, он сделал невозможное возможным. Он проторил дорогу. Теперь по ней пойдут другие, и на уровне «споров о мнениях» они не всегда будут с ним единомысленны. Но пусть и они не забывают того, кто вышел сеять, не дожидаясь рассвета, нетореной, заросшей тропой.
Священник Михаил Аксёнов-Меерсон
Православие часто упрекают, что богословы и иерархи всё ещё борются с ересями IV и V веков, не делая усилий ответить на вопрошания, на заблуждения, на неверие нашего времени. Отца Александра в этом обвинить было нельзя. В конце пятидесятых годов, молодым священником, в самый пик господства атеистического и материалистического миросозерцания, он выступил один. Это была даже не защита веры, а фронтальная интеллектуальная атака на неверие и материализм. Памятником этой борьбы и её солдатами стоят его книги – целая серия, охватывающая весь религиозный опыт человечества.
Ив Аман
По поводу религиозных канонов и ритуалов отец Александр считал, что они играют роль, сходную с ролью стойкой наследственности в жизни организмов, и никакое новаторство не плодотворно, если оно до конца отрывается от традиции. Но он предостерегал от опасности законничества, когда предание превращают в фетиш. Знаменательно, что очень похожую модель предлагает папа Франциск, у которого был богатый пастырский опыт в Латинской Америке. Кстати, он тоже подвергается определённой критике со стороны части католиков, даже кардиналов, как подвергался и подвергается отец Александр. Правда, в более завуалированной форме. Пока. По-видимому, определённый водораздел проходит не столько между конфессиями, сколько между разным пониманием христианства в каждой конфессии, между статичным и динамичным пониманием. То, о чём говорил папа Франциск, отец Александр задолго до этого проводил в жизнь. Поэтому для христиан других конфессий столь важно ознакомление с подходом отца Александра к пастырству, углублённое изучение его пастырского опыта. Отец Александр – образец христианского пастыря в наше постхристианское время.
Митрополит Сурожский Антоний (Блум)
– Вы встречали отца Александра Меня?
– Да. Близкого знакомства у меня с ним не было, но он приходил однажды ко мне поговорить о своих планах, о своей мечте, о том, что он хочет создать и сделать, и очень поразил меня своей честностью, правдивостью, всей личностью своей, своими взглядами, своей готовностью служить Церкви и людям. После этого я его не встречал, но остался в контакте с ним через людей, которые были его прихожанами, или знакомыми, или друзьями, и я рад, что с ним познакомился. От общения с ним у меня осталось светлое, глубокое чувство. Это человек, сделавший ценой своей жизни и смерти дело, которое он, может быть, один и мог тогда сделать, за что его можно уважать. Я читал его книги, которые тоже имеют значение, но его личность больше меня поразила, чем его писания. Эта правда, которая в нём жила…
– Что вы подразумеваете под делом отца Александра Меня?
– Это создание прихода, в котором открытость очень большая. Очень часто в наших приходах есть какая-то ограниченность, о некоторых вещах не говорят, потому что богословски это уже разрешённые вопросы. И что меня поразило в нём – это то, что он оставался до конца православным, до самых глубин, но готов был продумывать православие, говорить о нём на современном языке и некоторые вопросы поднимать, которые поднимать необходимо.[141]
Священник Александр Борисов
Наша страна ещё будет гордиться, что в условиях советского режима, в условиях, когда всё было направлено на то, чтобы не появились такие люди, как отец Александр Мень, и такие книги, какие он написал, что в этих условиях жил такой замечательный человек, который открывал нам Божью любовь. Через любовь, которую Бог дал его сердцу, он приводил и ещё будет приводить тысячи и тысячи людей к истине, ко Христу, к добру и созиданию.
