20.
ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА
Мориц держал трех своих главных пленников в Бинненхофе, в Гааге, «хорошо охраняемых, — как отмечал Слейд, — и пребывающих в глубокой печали». Принц Оранский, которым он теперь был (после смерти в Брюсселе в феврале своего старшего сводного брата-католика, Филиппа-Вильгельма), обладал большей властью, с лета 1618 г. и до самой смерти в 1625 г., чем любой другой человек в Соединенных Провинциях со времени убийства его отца тридцать четыре года назад. Олденбарневельт был смещен; Мориц отныне стал ключевой фигурой в государстве. Это означало, что ему предстояло сформировать собственный правящий круг и выработать методы управления сложным правительственным механизмом Республики.
В 1617–18 гг. большинство провинций снова взяли верх над Голландией в Генеральных Штатах, и престиж Генералитета сильно укрепился. Но было очевидно, в долгосрочной перспективе, что Соединенные Провинции не могли управляться посредством подчинения Голландии коллективной воле меньших провинций под главенством штатгальтера. Опорой власти и могущества Соединенных Провинций была только Голландия, остальные же играли вспомогательную роль. Отсюда некоторые историки делают вывод, что переворот 1618 г. мало изменил политический характер Республики: кто бы ни находился у кормила правления, Олденбарневельт или Мориц, это не имело никакого значения для гегемонии Голландии в отношении населения и ресурсов. Внешне конституционные формы и процедуры Соединенных Провинций оставались неизменными. Республика по-прежнему стояла на распутье между конфедерацией и федеративным государством, в котором одна провинция, Голландия, доминировала над другими.
Несмотря на это, было бы ошибкой предполагать, что переворот Морица мало изменил политический облик Голландского государства. На самом деле, он ознаменовал одну из самых фундаментальных подвижек Золотого Века. Голландские институты после 1579 г. были настолько гибкими, что, без изменения внешнего фасада, можно было трансформировать их внутреннее содержание, что и сделал Мориц и контрремонстранты. Прежнее неоспоримое главенство Голландии закончилось, и исполнительная власть перешла к штатгальтеру, что повлекло за собой многочисленные глубокие и, в некоторых случаях, необратимые последствия. В средне-, также как и в долгосрочной перспективе, сокращение голландской гегемонии в вопросах управления государством — особенно в церковных делах, внешней политике и военной сфере, — было далеко идущим. Шаги, предпринятые Морицем по укреплению своей власти в Оверэйсселе, Утрехте и Гелдерланде, и подчинение себе Штатов Голландии на правах штатгальтера, позволили ему создать совершенно новые отношения между Голландией и остальными провинциями под собственным руководством. Сместив проремонстрантски настроенных дворян с ответственных должностей в Оверэйсселе, Утрехте и Гелдерланде, он выдвинул вперед дворян-контрремонстрантов, уже имевших прочные связи в соответствующих провинциях, которые, начиная с этого времени, помогали ему управлять делами в их округах, провинциях и коллегиях Генералитета. Наибольшую известность при новом режиме приобрели Сведер ван Хэрсолте, доминировавший в Штатах Оверэйсселя; Герлах ван дер Капеллен, канцлер «двора» Гелдерланда; Арнольд ван Ранвик, который успешно склонил Штаты Гелдерланда к голосованию за созыв Национального Синода, и представлявший Гелдерланд в Государственном совете; и Адриан Плос ван Амстел (1585–1639), с 1618 г. главный представитель Морица в Штатах Утрехта. Плос теперь возглавлял делегацию Утрехта в Генералитете и был назначен одним из судей Олденбарневельта; подобно ван Хэрсолте, он оставался одним из ведущих политических деятелей нового режима и после смерти Морица в 1625 г.
Принц распространил свое правление и на Голландию, избрав схожего типа людей, с которыми он мог сотрудничать, которые подчинялись его власти, но в то же время обладали достаточным влиянием в своей провинции, чтобы помогать ему в управлении рыцарством и Штатами Голландии. Контроль Олденбарневельта над голландским рыцарством был существенным элементом его политической базы. До августа 1618 г. господствующую ремонстрантскую группировку в голландском рыцарстве возглавлял Адриан ван Матенессе (около 1560–1621), друг Олденбарневельта, и, согласно Карлтону, «страстный арминианин». Матенессе и его союзники исключили из коллегии достойных дворян из лучших фамилий, но придерживавшихся противоположных теологических взглядов. Теперь Мориц вернул этих людей обратно. Главным среди них был Николас ван ден Бохорст, сеньор Вимменума, который в последующие годы выполнял обязанности регулярного представителя Морица в рыцарстве и, наряду с Паувом, был одной из главных фигур в Штатах Голландии. Кроме ввода в рыцарство четырех уважаемых контрремонстрантов из старинных фамилий голландской знати, принц дополнительно включил в его состав Франсуа ван Арссена, опытнейшего дипломата и способнейшего политика в окружении Морица, дворянина, но брабантского происхождения (и близкого друга ван ден Бохорста), и Даниэля де Хертинга, сеньора де Маркета, валлонского офицера, который был одним из самых доверенных помощников Морица. В то же самое время, хотя самому Матенессе было позволено остаться — он был пожилым и больным человеком, — двое младших по возрасту голландских дворян, которые противостояли Морицу — Корнель ван дер Миле, злейший враг ван Арссена, и Рейно ван Бредероде (оба были зятьями Олденбарневельта) — были изгнаны из рыцарства.
