Не буду вам напоминать, как очищается политура, это всякий младенец знает. Почему-то в России никто не знает, отчего умер Пушкин, — а как очищается политура — это всякий знает.
В. Ерофеев, поэма «Москва — Петушки» Эта глава посвящена уникальному явлению в мировой коллекции крепких спиртных напитков, не имеющих аналогов в мировой практике, — политуре. Вернее, о ней — я очень надеюсь — нужно говорить исключительно в прошедшем времени. Надеюсь, это явление покинуло нас безвозвратно. Кроме политуры у нас пили и всякую другую гадость, для пития не предназначенную. Например, технический спирт, тормозную жидкость, всякие клеи, дезинсектали, дезодоранты, да и одеколон, наконец. Последнее — самое безобидное в списке советских реалий бухла.
Советский — а теперь и российский — «портвешок», советские крепленые вина «Солнцедар» и «Рубин» — явления ужасные. Но есть вещи и пострашнее.
Самбе мерзкое, что лично я пил в своей жизни, — дезодорант. Это было в армии, выпить было охота, а нече-го. Даже привычного одеколона не было. Выпил средство от пота производства ГДР[1], скрючило меня страшно. Потом посмотрел на состав — там даже не этанол был, а пропанол. Поэтому всегда, прежде чем что-то заливать в глотку, изучайте состав.
Я, конечно, очень далек в плане личного опыта от классика мировой алкогольной литературы Венички Ерофеева, автора бессмертного литературного памятника — поэмы «Москва — Петушки». Но пунктирно на личном опыте представляю, о чем он писал.
Во времена дефицита алкогольных напитков в СССР[2] одеколон был вполне распространенным заменителем питьевого алкоголя. В первом энциклопедическом справочнике мира, изданном в 2007 году в США, в предисловии очень игриво описываются реалии СССР — рассуждая о разных аспектах парфюмерии, автор утверждает, что для здоровья одеколон безопасен: «По крайней мере, в СССР без особого ущерба для здоровья одеколон пили в течение нескольких поколений».
Не знаю, откуда такая осведомленность, но что правда, то правда — одеколон в СССР пили широко и много. В основном баловались самым дешевым — «Тройным».
В поэме Венички Ерофеева, откуда взят второй эпиграф, много рецептов коктейлей, содержащих компоненты, не предназначенные для питья — одеколоны, лосьоны, клеи, политуры, средства от потливости ног, «резоль» (вероятно, аэрозоль. — Авт.) и т. д. Алексей Плуцер-Сарно, в основном известный своим Большим словарем мата, философ и филолог, глубокого ума исследователь, не мог не обратить внимания на Веничку Ерофеева. Он изучил все коктейли и другие упоминавшиеся напитки, описанные в поэме «Москва — Петушки», и дал развернутое научно-философское обоснование их потреблению. А также процитировал официальные документы — статистику объема производства парфюмерно-косметической продукции в СССР в год написания поэмы. Получились потрясающие данные. Целиком исследования я не видел, но фрагменты его можно найти в Интернете. Работа называется «Энциклопедический словарь-справочник поэмы В.В. Ерофеева «Москва — Петушки»», автор — Алексей Плуцер-Сарно.
