Над миром высоко гнездятся Асеев, Бобров, Пастернак.
«И Ах-ма-то-ва!» — распевает Анна Андреевна.
О том же говорит она и прозой: вот на какой ноге она со знаменитыми современниками.
21.05.1926.
АА заговорила о том, кому из поэтов она не решилась бы сделать указания на какой-нибудь недостаток. Стала думать — Блок? Блоку, пожалуй, она могла бы сказать… Она представляет себе: «Он поблагодарил бы и сказал — «Хорошо, я посмотрю потом»… (Она даже слова знает, какие он сказал бы).
П. Н. ЛУКНИЦКИЙ. Дневники. Кн. 2. Стр. 76
Слава Богу, вроде никто не подхватил крылатую фразу.
Пастернак ее не читал, Цветаевой она не нравилась как поэт, Мандельштам хвалил ее из лукавого расчета, Блок ее презирал, Маяковский пел ее на мотив «Ухаря-купца».
По словам АА:
Мандельштам не любит АА. Не любит и ее стихов (об этом он говорит всегда и всюду, и об этом он написал в статье в журнале «Искусство»), Мандельштам не любит А А. Но Мандельштам превосходно знает, что АА считает его прекрасным, одним из лучших (если не лучшим) современных поэтов, и знает, что она всегда и везде всем говорит об этом. А мнение АА имеет слишком высокую ценность, чтобы можно было не дорожить им… Поэтому он считает нужным поддерживать с ней и личные отношения. Так было, и, вероятно, поэтому Мандельштам пришел.
П. Н. ЛУКНИЦКИЙ. Дневники. Кн. 2. Стр. 266
Алексей Федорович [Козловский] скоро выяснил для себя, что Анна Андреевна не очень хорошо знала поэзию Хлебникова, хотя хорошо знала его отношение к себе.
Г. Л. КОЗЛОВСКАЯ. Мангалочный дворик… Стр. 386
Любой поэт был интересен только в этом аспекте — ЧТО он будет писать и говорить о ней, Ахматовой.
Днем я привезла Анне Андреевне из Переделкина от Корнея Ивановича новый, с учетом всех ее замечаний и просьб, вариант предисловия. «Это — шедевр Корнея Чуковского».
Л. К. ЧУКОВСКАЯ. Записки об Анне Ахматовой. 1952–1962. Стр. 554
Этим шедевром и войдет в историю литературы Корней Иванович Чуковский. Плачьте, маленькие дети, — вас заставят учить его статью об Анне Ахматовой.
