вознесся во славе.
Почитание Иисуса играло главную роль, и уже в I веке христиане провели непреодолимую черту между собой и другими. Ей стала доктрина о Христе. Если вчитаться в четвертое Евангелие, то мы увидим: его автор ведет войну на два фронта. Одна группа читателей, которую он себе представляет, не убеждена в том, что Христос – это Бог в полном смысле слова. Им автор указывает на то, что жизнь Иисуса можно объяснить только одним: тем, что во Христе воплотилось вечное Слово Божье. К концу Евангелия он объясняет свою цель в строках: «…дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его». Иными словами, ему приходится убеждать некоторых читателей в божественности Христа.
Впрочем, у Иоанна были и другие читатели, которых требовалось убедить в совершенной человеческой природе Христа. Они явно представляли Христа как явление Бога на земле в человеческом облике, но без настоящей плоти и крови. Иоанн выступает против таких воззрений – и указывает на то, как у Иисуса, распятого на кресте, истекли из пронзенного бока настоящие кровь и вода. Так он и сражается на те самые два фронта – против тех, кто считал, что Иисус был простым человеком, и против тех, кто верил, будто он был небесным призраком.
Из других источников мы знаем: обе этих ереси существовали в I и II веках. Первой позиции придерживалась иудеохристианская секта эбионитов. По их учению, Иисус был простым человеком, который благодаря тому, что во всей строгости исполнял закон, был «оправдан» и стал Мессией.
Другая позиция получила название докетизм. Слово это восходит к греческому корню со значением «казаться». Некий прославленный богослов даже предложил называть приверженцев этой позиции «каженниками». Название проистекает от учения, согласно которому Христос на самом деле был не человеком, а всего лишь призрачным явлением. А нам лишь казалось, будто он страдал за людские грехи! Ведь всем известно, что божественные видения умереть не способны!
Явление Бога, Его воплощение, всегда поражало человека как религиозный нонсенс. История показывает: люди неустанно строят схемы, выискивая какое-нибудь объяснение взамен. И один из их самых излюбленных приемов – это вырвать историю из времени и представить ее как «вечную» истину, некую тайну Вселенной и миф, объясняющий природу вещей.
Те, кто знал
В ранней Церкви самой претенциозной попыткой переоформить Евангелие по этим «духовным» лекалам был гностицизм. Сам термин «гностицизм» весьма широк, им обозначают многие и разные движения, предлагающие некий путь к просвещению. Путь этот предписан тем или иным учителем – мыслителем, обладателем гнозиса, или знания путей жизни. Это особое знание духовного мира представляло собой главную угрозу для апостольского христианства.
Отношения ортодоксальных христиан и гностиков часто накалялись. Однажды апостол Иоанн – как пишет Поликарп, ученик апостола – вошел в бани в Эфесе. Внутри он увидел Керинфа, известного гностика; тот готовился к купанию. И Иоанн, одетый лишь в банное полотенце, с мрачным выражением на лице резко вышел прочь из бани, даже не искупавши сь.
«Уйдем, – сказал он, – пока баня не обрушилась. Внутри нее Керинф, враг истины».
Гностики кое в чем совпадали с апостольским христианством: они приняли идеи о спасении, о верховном божестве и о небесных созданиях, действующих во Вселенной. Верования эти были довольно распространенными. И они объяснят, почему гностики влачили существование на окраине Церкви во II столетии и почему многие из них нашли дорогу внутрь – впрочем, после они вознамерились очистить главные идеи от «низких и грубых истолкований», неведомо как внедренных «материалистическим» христианством.
Во что верили гностики
О происхождении и истоках гностицизма ведутся споры, но общие элементы в учениях главных гностиков II века дают достойный обзор их таинственных воззрений. Крупные богословы, те же Ириней, Тертуллиан и Ориген, отвергали этих учителей.
Общие элементы в гностицизме II века
1. Большинство гностических школ держались морального и метафизического дуализма – теории, представлявшей два рода реальных явлений. Духовные явления считались по самой своей сути чистыми, материю гностики воспринимали как зло.
2. Высшая реальность или бог – не создатель. Материальный мир, должно быть, рожден изначальным нарушением порядка либо по невежеству или по злобному озорству некоего незначительного божества: демиурга, Бога Ветхого Завета или Иисуса (гностики считали Иисуса низшим существом).
