Нетрадиционное решение – создать наглядное табло и превратить в игру избавление от долгов и создание процветающего плана накоплений.
Виктория, завершив свою речь, смотрела на Алекса, ожидая его реакции.
– Ух ты, как здорово! Даже не верится, что у вас было столько долгов! – проговорил он. – А я-то считал мотом себя…
– А как еще, по-твоему, я оплатила весь свой винтажный домашний декор? – поддразнила в ответ Виктория.
Снова начали бить часы. Наступил полдень. Три часа пролетели, как один миг. В долговой ситуации Алекса ничто не изменилось; но то, что Виктория охарактеризовала его долги как ловушку, и ее идеи использовать бумажную змею и дерево как инструменты для восстановления финансового баланса, – все это придало ему мощный заряд энергии. Он даже задумался о возможной полезности этих идей для деловых предприятий.
– А вот главный момент, на котором я хочу с тобой распрощаться, Алекс: деньги могут быть либо твоим инструментом, либо твоим хозяином. Когда люди по уши в долгах, деньги становятся хозяином; наш выбор ограничивается, количество вариантов снижается, и мы живем в неволе. Когда люди позволяют деньгам работать на себя, используя силу сложных процентов, их деньги приумножаются и освобождаются. Это дает им в руки мощный рычаг.
Это важно
деньги могут быть либо твоим инструментом, либо твоим хозяином.
Когда мы ощущаем боль, испытав на себе всеобъемлющую, удушающую хватку долгов, мы можем беседовать с другими людьми, которые тоже знакомы с такой ситуацией, чтобы учиться на их прозрениях и сожалениях. Превращая в игру избавление от долгов, мы можем завоевать интерес и сердца своих родственников, чтобы и они тоже изменили свое поведение, – и объединить все заинтересованные стороны ради общих усилий и общей цели.
Нам необходимо, чтобы нас мотивировал и воодушевлял прогресс на пути к нашим стратегическим финансовым целям – например, возврату от вложений, созданию образовательных фондов для наших детей, росту наших пенсионных фондов и сбережений, а также запасному плану на случай чрезвычайных обстоятельств, чтобы компенсировать потерю дохода и другие потенциальные катастрофы. Как тебе кажется, это имеет смысл?
– Безусловно. Я только хочу убедиться, что уловил все главные пункты, о которых ты говорила, – и Алекс вгляделся в свои заметки.
– Знаешь, – проговорил Алекс, – наш разговор был для меня по-настоящему полезным. Спасибо тебе, Виктория! Мне как раз этого и не хватало.
Виктория улыбнулась в ответ.
– Рада помочь тебе, мой юный ловушковед. С нетерпением жду новостей о том, как вы всем этим распорядитесь. И под словом «вы» я имею в виду также Майкла и Лору, – добавила она.
– Совершенно с тобой согласен, Виктория! Думаю, им понравится эта идея, – ответил Алекс.
Виктория заметила, что Алекс выглядит менее подавленным и озабоченным. В его глазах появился новый блеск.
– Я знаю, что скоро вы возвращаетесь в Лос-Анджелес, но мне кажется, нам пока слишком рано прощаться. Не хочешь встретиться еще один, последний раз перед отъездом? – предложила она.
– Конечно, хочу! Мне надо о многом подумать в связи с этими ловушками, но я рад, что мы успели поговорить о них всех, – ответил Алекс со вздохом облегчения.
– Ну, я бы так не сказала, – подмигнув, возразила Виктория, закрывая дверь.
Последняя реплика Виктории немного обескуражила Алекса, но в общем и целом он покинул ее дом в прекрасном расположении духа. Он просто поверить не мог, что раньше не понимал силы этих принципов. Алекс знал об эффективности наглядных материалов, которые мотивировали его подчиненных на работе, но ни разу не догадался использовать принцип табло дома. Ему не терпелось поделиться всем, что он узнал, со своими детьми и раскрыть им свой план. Он понимал, что Майкл решит, будто отец съехал с катушек, и расскажет Ким о том, что произошло. Но Алекс был не против. На самом деле он даже надеялся, что Майкл ей обо всем расскажет.
Сотворение змеи
На обратном пути Алексу наконец представилась возможность прочесть сообщение Чеза. Что там такого срочного стряслось? А это оказалась всего лишь просьба ответить на приглашение на корпоративный ланч в следующем месяце. О боже!..
Когда Алекс вошел в гостиничный номер, его дети препирались из-за стоимости завтраков. Лора настояла на шведском столе для себя, чтобы можно было выбирать из множества вариантов, но Майклу казалось, что его цена – 29 долларов 95 центов – чистое расточительство. Завтрак Майкла, который обходился ему в 8 с половиной долларов, состоял из бейгла и апельсинового сока. Алекс неожиданно посмотрел на эту ссору свежим взглядом, видя в детях себя и жену, и это восприятие поразило его своей непривычностью.
