Ознакомительная версия. Доступно 48 страниц из 239
Длинная траурная вуаль, спускаясь на лицо, – по здешнему обычаю, – закрывала меня всю.
– Вам кого? – спросил какой-то субъект в больничном костюме. И на мой ответ услужливо сказал: – Сейчас, сейчас, – и исчез.
Под гнетом самых тяжелых мыслей я сидела, опустив голову и не глядя никуда…
– Добрый день, мадемуазель. Как вы? Вы потеряли кого-то из членов вашей семьи? – с участием спросил меня знакомый голос.
Я встала:
– Да, мсье.
– Вы можете немного подождать? Я вернусь через несколько минут.
– Да, мсье.
Ему, очевидно, надо было кончить обход палат… Через четверть часа он вернулся.
– Что случилось? Кто у вас умер? – спросил он, жестом приглашая меня следовать за ним.
– Бабушка. Я назначена душеприказчицей по духовному завещанию, и надо ехать…
– Она что-то оставила вам в наследство? – спросил он, отворяя дверь.
Подобный вопрос покоробил меня, как ни была я расстроена.
А для него, очевидно, было так просто и естественно задать подобный вопрос.
– Я не знаю, – ответила я тоном полнейшего безразличия.
– Пойдемте за мною наверх… по каменной лестнице.
И там все так же блестело – стены коридора, двери, ручки их. Он отворил одну из комнат, где стояла только складная кровать, в углу сложенный матрац. Очевидно, только что отстроенный госпиталь был еще не весь окончательно устроен. Он пододвинул мне стул, сам сел на подоконник.
– Вы были больны?
– Когда я получила письмо с этим известием…
– Вы потеряли сознание?
– Не помню, что со мною было…
– И с тех пор вы чувствуете себя хуже?
– Мне надо ехать в Россию, – сказала я, из всех сил стараясь овладеть собой и говорить внятно, но это не удалось, рыдания подступили к горлу, и я замолчала.
– Не можете? почему?
– Опять быть там… в своей семье… я не могу. Не знаю, что делать.
– Что же я могу для вас сделать? Вы свободны сегодня вечером? В восемь часов?
– Да, мсье.
– Приходите сюда. Я расскажу вам, как надо ехать. По трамваю бульвара Port-Royal до вокзала Montparnasse, а там садитесь на трамвай St.-Germain des Près Vanves, сойдете на улице Лекурб… она пересекает Convention, – а тут уже близко и госпиталь.
– А я приехала сюда на пароходе.
– Это из Сальпетриера? Слишком далекий путь. Так приходите в восемь часов вечера. До свиданья.
Я поехала к себе домой. И ровно в восемь часов была уже на бульваре Port-Royal. Трамвай St.-Germain des Près был переполнен. Пришлось ждать. На этот раз ехала не долго – сравнительно с пароходом, – минут через двадцать была уже на улице Лекурб.
Опять консьерж, опять вопрос:
– Вы куда?
– Мсье Ленселе?
– Первая дверь налево.
Я позвонила. Дверь открыла горничная, такая же чистенькая, свеженькая, как и весь госпиталь.
– Мсье Ленселе?
– Он сейчас выйдет.
И действительно, он тотчас же вошел в коридор.
– Добрый вечер, мадемуазель. Пойдемте за мной.
Я пошла за ним по темному коридору; он отворил дверь, нажал в стене одну электрическую кнопку, другую… мягкий свет лампочек под зелеными абажурами озарил небольшую комнату с светлыми обоями и мебелью moderne style из желтого дерева. Два стола с книгами – вдоль стены и посредине комнаты. Неизбежный armoire à glace[151], к которому я до сих пор не могу привыкнуть – он все кажется мне принадлежностью дамской спальни, а уж никак не комнаты мужчины. А тут еще был и туалетный столик, тоже с зеркалом.
Топился камин.
– Садитесь здесь, – сказал он, подвигая кресло к огню, а сам стал подкладывать дрова в камин. Я села, держась, по обыкновению, чрезвычайно прямо, в длинном траурном платье; длинная креповая вуаль, спускаясь на лицо, скрывала совершенно и его выражение, и следы слез. Мне стало вдруг как-то хорошо… Не хотелось ни двигаться, ни говорить. Эта светлая уютная комната, кругом тишина. Дрова весело трещали в камине, и приятная теплота разливалась по всему телу…
Я точно отдыхала после какого-то длинного, трудного пути и молчала, неподвижно сидя в кресле.
И мне не хотелось отвечать на его вопрос:
– Итак, вы опять расстроены и не знаете, что делать?
– Не могу я ехать… слишком ужасно… дома… там опять…
Мой голос был спокоен и ровен. Или я очень устала, или просто нервы упали – не знаю.
– Вам необходимо ехать?
– Да, я назначена душеприказчицей по духовному завещанию. Я так люблю бабушку, надо исполнить ее последнюю волю, а все-таки не могу решиться – как вспомню, что ждет там меня.
Я чувствовала себя в эту минуту такой слабой, бессильной, и мне стало стыдно и захотелось сказать ему, что я не всегда была такая.
– Вы не думайте, впрочем, что я перед ними показываю такую слабость. Я из гордости всегда скрываю ото всех свои страдания, всегда притворяюсь веселой и оживленной… но зато эта комедия отнимает у меня последние силы.
Он помолчал несколько времени, как бы соображая что-то.
– Что ж, поезжайте в Россию: делайте, что должны, выполняйте свой долг, – сказал он вдруг повелительным, не допускавшим возражения тоном.
Я удивилась, но не рассердилась. Мне даже было приятно, что он так говорит. Я, никому еще не подчинявшаяся, – чувствовала, что послушаюсь его… И было мне приятно это послушание, как контраст, как нечто новое, до сих пор чуждое моей самостоятельной натуре…
– И знаете ли, что я вам скажу, мадемуазель… – и какая-то грустная нотка послышалась в его голосе, – в Евангелии есть прекрасные слова: «violenti rapiunt illud»… это значит, что прилагающим усилие воздается. В этой жизни нужно уметь много бороться и терпеть. Будьте добры с людьми, не показывайте им своего страдания… они все равно не поймут вас. Я дам вам еще один совет: выходите замуж. Вы слишком одиноки. Мужчина не создан, чтобы жить одному, и женщина тоже…
– Выйти замуж? Никогда! – вскричала я, возмущенная таким неожиданным советом.
– Почему же нет? Мужчина не враг вам… Совместная жизнь с положительным человеком облегчит вас: общие интересы, взаимная поддержка – много значат в этой жизни. И когда вы встретите такого человека, который понравится вам, – будьте осторожны, не говорите ему, что вы его любите, а ждите, пока он сам вам скажет. Надо быть осторожной…
– Я не хочу замуж, – упрямо возразила я.
– Напрасно. Так лучше для вас. Повторяю, вы не созданы, чтобы жить в одиночестве. Вы где предполагаете жить по окончании курса? Остаться здесь или в России?
– Конечно в России.
– Так вот, и не надо вам терять связи с родиной. Непременно поезжайте… быть может, там вы встретите подходящего человека. Не падайте духом, будьте спокойны, горды перед людьми. Когда вернетесь, приходите ко мне сказать, как себя
Ознакомительная версия. Доступно 48 страниц из 239
