Общее впечатление: большевизм нельзя победить силой оружия. Русские белые организации доказали свою несостоятельность. Русский народ устал, не хочет воевать. Желает лишь получить клочок земли и трудиться под каким угодно режимом при условии личной и имущественной обеспеченности. Ни красные, ни белые ему этого не дают: он ненавидит первых, не доверяет вторым. Вообще изверился. Влияние и сила заграничных организаций труда возрастают ежедневно. Ни одно Правительство в мире не сможет мобилизоваться для интервенции в Россию. Разве что большевики будут угрожать непосредственно границам. Везде брожение, агитация, стачки. Экономическая разруха принимает угрожающие размеры. Простите, что не могу дать Вам более утешительных сведений…
Приложение № 13Доклад генерал-майора О. А. Крузенштерна Главнокомандующему всеми вооруженными силами Северной области генерал-лейтенанту Е. К. Миллеру о новой тактике антибольшевистского движения. г. Гельсингфорс, 12 февраля 1920 г.
Ваше Превосходительство.
В начале сентября минувшего года я отбыл из Ревеля за границу, для выполнения ряда поручений Главнокомандующего Северо-Западным фронтом военного и финансового характера. Вместо предположенных 5–6 недель мое пребывание за границей затянулось, и в настоящее время, после 5-ти месячного отсутствия, я наконец возвращаюсь в Ревель, однако в обстановку, ни в чем не похожую на ту, из которой я отбыл. Деятельность моя в должностях сначала Начальника Штаба Северного Корпуса, а затем Главного Начальника Тыла фронта не давала мне возможности ознакомиться с организацией русской работы в Европе, и лишь настоящее мое пребывание там позволило с ней познакомиться и составить себе представление как об общем положении русского вопроса, так и о причинах проигрыша нами кампании 1919 года.
Движимый желанием сделать все возможное для выхода русских белых элементов из переживаемого в настоящее время кризиса, я позволяю себе обратиться к Вашему Превосходительству с настоящим письмом, представляя на Ваше усмотрение нижеследующие мои соображения. К сему добавляю, что в Копенгагене я виделся с генералом Марушевским и смог несколько ознакомиться с ходом возникновения командуемого Вами фронта и общим военным и политическим положением Русского Севера.
1. Причинами неудач белой противобольшевистской России я считаю: 1). Отсутствие общего систематического плана действий и ясной программы практической внешней и внутренней политики. 2). Недостаточный контакт с работой противобольшевистских сфер внутри России. 3). Недооценка большевистских сил и, в связи с этим, слишком оптимистическая оценка поставленных себе задач. 4). Несогласованность численности и организации белых вооруженных сил с размерами и характером подлежавших выполнению задач. 5). Неразработанность вопроса военного снабжения, недостаток которого явился началом дезорганизации армий. 6). Недостаток офицеров и надежных административных деятелей. 7). Ряд причин, относящихся к области внутренней и экономической политики, имеющих чисто местное значение. 8). Неправильное функционирование русского заграничного военно-дипломатического аппарата, не только не оказавшего существенной политической поддержки, но неоднократно причинявшего вред предвзятостью и нереальностью выдвигаемых точек зрения. Причины эти в своей совокупности дали характерную и одинаковую для всех трех пострадавших фронтов историческую картину их расцвета и разложения (…).
2. (…) Под влиянием неясной восточно-европейской политики Англии, Франция решила, по-видимому, с большей самостоятельностью приняться за работу по ограждению Западной Европы от большевистской заразы. В Париже возбуждена мысль о необходимости создания общего фронта против Советской России, и некоторые из русских деятелей, например Савинков и Чайковский, кажется, примкнули к этому течению. В этом направлении производится давление на Польшу, с расчетом на то, что ценою выгодных ей уступок удастся убедить ее на открытое выступление.
На почве восточно-европейской политики создается усиливающееся разногласие между Англией и Францией. Первая идет по пути прекращения военных действий с Совдепией, и под ее влиянием Эстония заключила мир; Франция считает соглашательство с большевиками неприемлемым.
Одновременно с этим русские сферы в Финляндии и Германии стали получать сведения о серьезной национальной работе внутри России. Данные эти требуют самого серьезного отношения к себе, во избежание повторения тех печальных результатов, которые явились следствием необдуманного движения Северо-Западной армии на Петроград и уничтоживших всю произведенную в Петрограде национальную работу.
В настоящее время положение большевиков, под влиянием их военных успехов, настолько усилилось, что открытие новой кампании без основательной военной и политической подготовки не может не грозить новым поражением. Поражение же нового общего фронта (Финляндия, Польша, Румыния) или одной Польши, в случае придания ему значения европейского, – означает победу большевиков над Европой.
Усиление положения большевиков проявляется и в усилившемся влиянии их агитационной работы. Месяца через два-три Эстония, вероятно, превратится в коммуну, этой же участи, надо полагать, подвергнется и Латвия. Внутреннее положение Польши вовсе не благополучно. Несколько лучше положение в Финляндии и в Литве. Однако выдвинутое положение Финляндии угрожает ей нашествием.
Изложенным я хочу сказать, что время для создания общего активного фронта от Финляндии до Румынии упущено.
Однако возможно и крайне необходимо организовать тот же фронт в смысле оборонительного барьера, ведя эту работу в самом широком масштабе, не только в военном отношении, но главным образом на базе оздоровления и укрепления его в отношениях политическом и экономическом.
Интересы русских культурных элементов и Европы вполне совпадают в отношении необходимости локализации большевизма и недопущении его в Западную Европу. Наши интересы требуют правильной организации противобольшевистской борьбы в самом широком смысле.
Я считаю, что современные обстоятельства заставляют прийти к заключению, что главной позицией надлежит избрать фронт Германия – Чехословакия – Венгрия, придавая Финляндии и Польше (может быть и Румынии) значение авангардов в военно-политическом смысле.
Русские Северный и Южный фронты должны выполнять роль (первоначально) фронтов уступных и флангов.
Изложенная точка зрения, по-видимому, начинает находить себе почву и в Лондоне, и Париже. По крайней мере, английский военный представитель в Берлине генерал Малькольм стал на точку зрения необходимости привлечения Германии к общей борьбе Европы против большевизма.
3. В течение 1919 года обязанности военно-политического рабочего центра, представляющего русские белые фронты в Европе, должны были выполняться Русским Политическим Совещанием с С. Д. Сазоновым во главе.
Не позволяя себе критику общей политики последнего, я не могу не высказать сложившегося у меня, на основании массы фактов, убеждения о полной несостоятельности этого центра как аппарата связи и осведомления. Стоявшие во главе Парижского Совещания лица не сумели создать удовлетворяющую потребности фронтов осведомительную сеть, а существовавшее с прежнего времени русское представительство не имело никакого систематического руководства.
