Людвиг Витгенштейн Тот факт, что многие авторы прошлых лет признавали питание важным фактором, непосредственно влияющим на развитие рака, безусловно значим, но только на нем мы далеко не продвинемся. Ясно, что связь между питанием и онкологическими заболеваниями не затрагивается современными исследованиями и не используется в качестве метода лечения, как и в случае большинства других болезней, характерных для экономически развитых стран, и потому вопрос все еще звучит так: что же изменилось?
Чтобы объяснить, почему сторонников данной теории игнорируют, мы должны более детально взглянуть на первые дебаты по вопросам питания и других противоборствующих методов. В ходе этих дебатов мы обнаруживаем один вопрос, который больше всего повлиял на принятие или отказ о важности роли питания: является ли рак местным или конституциональным заболеванием? Онкологи пытаются ответить на него с давних времен, поскольку он определял каждый аспект их подхода – от профилактики до лечения; от того, какие экспериментальные исследования проводились до образования и разработки государственной политики.
Чтобы разъяснить эти термины, скажу: местное заболевание – это болезнь, которая поражает определенную часть тела и имеет конкретную причину, и поэтому с ней можно бороться локально. Ключевые слова здесь определенность, конкретность и точность. Ранние сторонники местной теории рака считали, что образование опухолей вызывают изолированные и идентифицируемые агенты, такие как раны, бактерии, паразиты и вирусы. (Современные исследователи-онкологи, фокусирующиеся на мутациях одного гена или на одном токсине внешней среды, придерживаются тех же самых принципов.) Следствием данного убеждения явилась вера в то, что рак можно лечить локально (и сделать это просто). В самые ранние периоды обсуждений «местное» лечение означало операцию. Легко понять, как эта теория обрела популярность. Хирурги занимают самые престижные и влиятельные должности, а простота теории импонирует нашему рациональному уму. Это хорошо подходит как для диагностики заболевания («это рак груди, и он вызван таким-то специфическим агентом»), так и для назначения лечения («удалить грудь – удалить рак»).
С другой стороны, конституциональная теория рака предполагает, что болезнь имеет более глубинное происхождение, связанное со сложными путями метаболизма, которые характеризуют функцию питания [1, 2]. Конституциональная теория, по сравнению с местной теорией, опирающейся на наличие специфических агентов, предполагает менее очевидные причины. В отличие от ран, бактерий, паразитов или вирусов, на которые ссылаются приверженцы местной теории, ранние сторонники конституциональной теории даже предполагали возможность наличия нескольких факторов [3, 4, 5]. Предположения о том, что рак может быть многофакторным заболеванием, появлялись во множестве публикаций.
• В 1888 году упоминавшийся во второй главе В. Роджер Уильямс процитировал английского хирурга Кэмпбелла де Моргана[57], который заметил, что независимо от того, сколько курильщиков глиняной трубки заболевает раком губы или сколько трубочистов заболевает раком мошонки[58], «большинство из них не заболеет раком, как бы это вас ни раздражало» [6]. Как это ни парадоксально, де Морган отдавал предпочтение местной теории, но его утверждение, приведенное здесь, и интерпретация Уильямса определенно предполагают возможность влияния менее заметных факторов или, возможно, даже комбинации факторов, как в случаях рака губы и мошонки.
