Нет страданий, есть покой. Нет вражды, есть гармония. Нет оков, есть свобода. Нет власти, есть равенство. В разделении мы обретем мир.
“Ключ к звездам”…И гроза действительно началась. Небо разразилось сразу несколькими вспышками молний – темно-красных, ветвящихся, зловещих; писк микроволновки, закончившей с сэндвичами, потерялся в раскатах грома, от которых задрожали стекла. В считанные секунды утреннее небо целиком затянули густые тучи, необычайно темные и низкие, казалось, чешущие своими косматыми брюхами самые высокие здания города и телевышку, что была недалеко от дома Эйпс. В их глубине неистово сверкали все новые и новые разряды молний, и некоторые вырывались наружу, освещая все вокруг каким-то почти инфернальным светом. Ви смотрел на происходящее широко распахнутыми глазами, не в силах пошевелиться.
Багровый свет залил мир снаружи, когда грозовые тучи – хотя это уже скорее было само небо, превратившееся в одну сплошную рокочущую темную массу – опустились еще ниже, и напряжение в воздухе усилилось многократно. Те немногие, кто был на улице, со всех ног спешили хоть в какое-нибудь укрытие. Не было ни малейшего признака дождя – лишь поглощающая все гроза.
Когда очередная молния, разрезав небо, попала в один из корпусов Консервы, Ви понял, что нельзя просто стоять – происходит что-то ненормальное, нужно будить Эйпс и искать укрытие получше, чем квартира в многоэтажке. Он с трудом пересилил дрожащие ноги и почти сделал шаг назад, в сторону спальни, когда увидел что-то совсем уж невозможное, что в один миг вымело из его головы все мысли.
Грозовая масса совсем рядом с их домом разошлась в стороны, образовав узкий сверкающий коридор, и на ярком фоне этого коридора вдруг показался человеческий силуэт.
Это было так близко, что Ви мог видеть, как силуэт огляделся, удовлетворенно кивнул и начал медленно спускаться вниз. Вокруг него бушевала адская гроза, и воздух почти что горел от то и дело вспарывающих его красных молний, но человек, похоже, чувствовал себя вполне комфортно. Когда он спустился достаточно низко, что на его пути встала телевышка, он лишь слегка повел головой в сторону, и конструкция в то же мгновение просто рассыпалась в пыль. Теперь уже это была не просто мощная гроза – землю начало потряхивать, толчки были пока что слабыми и короткими, но их амплитуда росла с каждой минутой. Где-то у линии горизонта поднялся черный дым первых пожаров.
Вдруг человек в небесах остановился и повернул голову – Ви это почувствовал – в его сторону. Несколько секунд он смотрел, после чего изменил свой воздушный маршрут, повернув в сторону Ви. Тот словно резко очнулся ото сна, стряхнув бессилие, медленно начал двигаться назад, подальше от окна. Когда он перестал видеть приближающийся силуэт, двигаться стало легче, и Ви быстрым шагом направился в спальню, чтобы срочно разбудить Эйприл – странно, что вся эта какофония и начинающееся землетрясение не разбудили ее раньше. Ви было страшно – все происходящее походило на один из его снов, из тех, что выходят из-под контроля и превращаются в апокалиптические кошмары. Кто это в небесах? Неужели это бог? Неужели это конец света? Быть может, он все еще спит?
– Эйпс, подъем! Вставай, быс…
Ви осекся на полуслове, в недоумении разглядывая комнату. Эйприл в постели не было. Ви осмотрел всю комнату, затем всю квартиру – девушки не было нигде. Он не услышал щелчок замка от входной двери? Возможно, но зачем ей было выходить из дома посреди всего этого, даже ничего ему не сказав? Ви понимал, что утро – время особенное, у него у самого были большие проблемы с самочувствием сразу после пробуждения, но не заметить творящегося снаружи хаоса было просто невозможно. Значит, она ушла в спешке и тайно. Но почему? Он ощущал, что теряет контроль над происходящим, что еще большего уверило его в том, что все это лишь сон. Ви немного успокоился, зная, насколько сны могут быть подробными и реалистичными. По сути, между реальностью и сном была одна-единственная разница – сон рано или поздно заканчивался, и становилось понятно, что все это происходило не на самом деле. Впрочем, жизнь ведь тоже рано или поздно заканчивалась, не так ли?
