М-р Робертс: Когда вы пришли на вокзал, что вы или члены комитета делали с приборами?
Кэп. Пири: Прошу прощения?
М-р Робертс: Во-первых, в чем были привезены приборы?
Кэп. Пири: Они были привезены в сундуке.
М-р Робертс: В вашем сундуке?
Кэп. Пири: Да.
М-р Робертс: После того как вы пришли на вокзал и нашли сундук, что вы и члены комитета делали с приборами?
Кэп. Пири: Там. на вокзале мы открыли сундук.
М-р Робертс: То есть в камере хранения на вокзале?
Кэп. Пири: Да.
М-р Робертс: Были ли вынуты все инструменты?
Кэп. Пири: Этого я не могу сказать. Члены комитета, вероятно, помнят это лучше, чем я.
М-р Робертс: Что же – вы совсем не помните, вынимали ли они приборы и осматривали ли их?
Кэп. Пири: Некоторые приборы вынимались; насчет всех – не могу утверждать.
М-р Робертс: Проверял ли кто-нибудь из членов комитета эти приборы на предмет того, были ли они точными?
Кэп. Пири: Этого я не могу сказать.
Полагаю, что было бы невозможным провести там проверку.
М-р Робертс: Были ли эти приборы в распоряжении комитета когда-то еще, кроме того осмотра на вокзале?
Кэп. Пири: Насколько мне известно – нет.
М-р Робертс: Оставались ли когда-либо оригинальные заметки, которые вы зачитывали, в распоряжении комитета?
Кэп. Пири: Нет.
М-р Робертс: Располагали ли они когда-либо копиями этого документа?
Кэп. Пири: Кажется, да.
М-р Робертс: Когда они получили копии?
Кэп. Пири: Этого я не могу сказать.
М-р Робертс: До или после того, как они представили отчет Обществу?
Кэп. Пири: Этого я не могу сказать.
В документе «Мнение меньшинства» Робертс подвел собственный итог этого не слишком достойного диалога:
При внимательном чтении показаний кэптена Пири видно, что его воспоминания о событиях этого дня крайне смутные и неопределенные. Эти слушания были самым важным эпизодом во всей его карьере, так как комитет должен был разрешить для общественности спорный вопрос о его достижении полюса. Тот факт, что события этого дня не оставили сильных впечатлений у него в памяти, как видно из его
