Мы стоим на страже Германии, Держим вечную вахту, Солнце восходит на Востоке, Призывая миллионы на битву.
Чтобы подбодрить, Берлин обрадовал известием о успешном запуске пролетевшей около 200 километров ракеты «Фау», от немцев и союзников скрыли, что конструктор Вернер фон Браун обещал завершить испытания нового оружия лишь к лету следующего года.
1
Магура не поинтересовался у Эрлиха, как в трагическое для 6-й армии время Сигизмунду Ростиславовичу удалось получить два места в отлетающем на Запад транспортном самолете. Чекист догадывался, что добиться этого было не просто, видимо, помог приказ Берлина: поскорее получить отчет об проведенной за Волгой операции. Николай Степанович посчитал неуместным проявлять любопытство.
Под завывания бьющего в грудь и желающего сбить с ног ветра Эрлих с Магурой прошли по очищенной от снега взлетной полосе к неповоротливому на земле двухмоторному Ю-52. Встали у трапа в цепочку улетающих, когда подошла очередь, Эрлих предъявил листок с печатью прячущему лицо в поднятый меховой воротник утепленной шинели офицеру, тот взял под козырек фуражки с фетровыми наушниками.
«Разрешение на полет подписал, быть может, сам Паулюс, — решил Николай Степанович. — Помогла принадлежность Эрлиха к абверу. Кто же вы, Сигизмунд Ростиславович? Как и я, майор или подполковник? Если так, то бывший штабс-капитан белого воинства у немцев сделал блестящую карьеру».
Покидающие осажденный город поднялись по дюралевой лесенке в самолет, расселись вдоль бортов у иллюминаторов, косились на стоящие в проходе носилки, видимо, с высокопоставленными ранеными. Никто не расстегнул верхнюю одежду, не снял головного убора.
— От силы три часа, и прибудем в пункт назначения, — успокоил спутника Эрлих и поправился: — Если, правда, благополучно минуем линию фронта, не попадем под снаряды советских зенитных орудий, не окажемся сбитыми «Ястребками».
Магура мог ответить: «Не накаркайте беду», но вместо этого попросил прекратить общаться по-русски, что может насторожить пассажиров, предложил перейти на немецкий.
Эрлих согласно кивнул, сделал комплимент:
— У вас акцент истинного баварца.
После паузы Магура спросил то, что следовало узнать раньше:
— Почему в Заволжье сбросили именно вас, а не более молодого, не хромающего?
— Выбор обусловлен тем, что в девятнадцатом году не раз бывал в тех краях, знаком с обстановкой.
До запуска двигателей, пробежки самолета, поднятия в воздух все в «Юнкерсе» хранили молчание, лишь когда вышедший из кабины штурман обрадовал, что благополучно миновали занятую противником территорию, пассажиры простились с нервным напряжением и заговорили.
— Третий с краю Паулюс, — продемонстрировал свою осведомленность Эрлих и указал на военного с погонами капитана. На недоумение
Магуры добавил: — Сын командующего 6-й армией, один из его близнецов, Эрнст[145], второй, Фридрих, служит на Аппенинском полуострове. Генерал-полковник предусмотрительно отсылает отпрыска из «котла», тем самым спасая от плена, сохраняя ему жизнь.
