Неудивительно, что и экономическая политика правительства Александра III состояла во многом в ревизии реформ 1860-х годов и выработке экономической доктрины «народного самодержавия», основанной на усилении власти государства во всех сферах. Это привело к усилению контроля за земствами и другими выборными органами. Однако влиятельному министру финансов либералу Н. Х. Бунге долго удавалось сохранять свое место и проводить реформы. Благодаря ему в России было принято необходимейшее в условиях развития капитализма фабрично-заводское законодательство, он стал и «отцом» налоговой реформы. При нем отменили введенную еще в 1724 году и уже давно ставшую архаичной подушную подать. Бунге пытался добиться и отмены паспортной системы, мешавшей передвижениям рабочей силы.
Однако с заменой Бунге ставленником Каткова, И. В. Вышнеградским, идея об усилении роли государства в экономике стала главенствующей. Был принят протекционистский таможенный тариф, что привело к росту доходов от пошлин в казну. Власти регулировали хлебные тарифы, контролировали банковскую деятельность. Изменилась железнодорожная политика: частные дороги стали выкупать в казну, повысили доходность казенных дорог. Их акции выросли в цене. Политику Вышнеградского продолжил С. Ю. Витте, в 1892 году сменивший его на посту министра финансов.
Дворянство и буржуазия
Отмена крепостного права и другие либеральные реформы не могли не повлиять на социальную структуру русского общества и, в особенности, на дворянство. Оно сыграло огромную роль в развитии русской государственности, военного дела, а также культуры и вообще в расцвете интеллектуальной жизни страны в XIX веке. Из среды дворянства вышли большинство просветителей, крупных коллекционеров, меценатов, собирателей, немало художников, архитекторов, артистов. Великая русская литература на значительном отрезке своей истории в XVIII—XIX веках была почти исключительно дворянской.
Дворяне составили и основу русской интеллигенции, которая формировалась в это время и в которую они входили по призванию, желая «послужить народу» в качестве земских врачей, учителей, инженеров. Из среды дворянства вышли первоначально большинство революционеров. Именно дворянство первым впитало идеи Просвещения и Французской революции, составляло тайные общества декабристов, интеллектуальные кружки 1830–1850-х годов. Из среды дворянства (в том числе высшего) вышли выдающиеся реформаторы времен Александра II. Тем не менее революционные организации «Земли и воли», «Народной воли», а потом и марксистские кружки включали в себя немало дворян, порвавших со своим классом. Самым ярким примером стал дворянин Владимир Ульянов (Ленин).
И хотя многие русские мыслители первой половины XIX века (в том числе и А. С. Пушкин) считали дворянство главным источником интеллектуальных сил, оплотом чести и опорной силой государства, время дворянской исключительности с середины XIX века начало проходить. Да уже и в конце XVIII века в жизни русского общества усиливается влияние новой прослойки – так назывемых «разночинцев», выходцев из разных слоев русского общества. Талантливые, способные дети священников, купцов, солдат, крестьян, «инородцев» выбиваются наверх, начинают играть все более заметную роль в интеллектуальной, культурной и даже политической жизни страны. В рассматриваемую эпоху более приспособленные, чем дворяне, к жестоким условиям борьбы за выживание, получив образование в России и за границей, они становятся ведущими инженерами, литераторами, формируют новую интеллектуальную элиту России, приобретают экономическую независимость и богатство.
Впрочем, отмена крепостного права привела не только к упадку дворянства, не только к вымиранию дворянских гнезд и семей, но и стала стимулом для развития и обновления русского дворянства второй половины XIX – начала XX века. Лишенные доходов с крепостных, наиболее способные дворянские отпрыски устремляются получать образование. И уже к концу XIX века они успешно конкурируют с разночинцами в самых разных профессиях – от инженеров и врачей до издателей и литераторов. Доля выходцев из дворян среди деятелей русской культуры Серебряного века весьма значительна, а влияние огромно.
