Грейс
Впервые в жизни я не злюсь на Рамону за то, что она заставила меня на мой день рождения выйти в люди. Мне хотелось просто остаться дома, в тишине и спокойствии, но она сунула мне под нос билеты на фильм с Джейсоном Стейтемом, как суют ослу морковку. Мы достаточно давно дружим, так что Рамона знает все мои слабости – и всячески пользуется этим.
Но как же здорово, что сегодня ее козырем оказался Стейтем, иначе я бы сейчас не сидела рядом с Логаном.
При этом я до сих пор не разобралась в своих чувствах к нему. Он не произвел хорошего первого впечатления, когда умчался из моей комнаты в тот первый вечер, но наша вторая встреча была буквально оргазмической. Так что пока галочки стоят в обеих колонках – «за» и «против».
Ладно, в «за» можно поставить еще одну галочку – потому что на середине фильма он целует меня.
И это не легкий и быстрый поцелуй. Не томительная ласка губами. Это горячий поцелуй с языком, от которого мое сердце начинает биться сильнее и громче, чем оглушительные взрывы в фильме. Я полностью отдаюсь этому поцелую, ему, умелым движениям его языка и теплу его руки, которая обхватывает мой затылок.
Но сдавленное хихиканье рядом напоминает мне о том, где мы находимся. Я смущенно отстраняюсь, и взгляд Логана из-под полуопущенных век задерживается на моих губах, влажных и распухших от поцелуя.
Он наклоняется ближе:
– По шкале от одного до десяти, насколько сильно ты будешь переживать из-за того, что пропустила несколько минут фильма?
Я обдумываю его вопрос:
– Два?
– Слава богу.
Он поднимает меня с места. Мы сидели у прохода, и нам не нужно протискиваться вдоль всего ряда, чего так не любят кинозрители, и бесконечно извиняться. Продолжая держаться за руки, мы на цыпочках спускаемся по ступенькам. Недалеко от первого ряда я замечаю головы Дина и Рамоны, но они не видят нашего побега.
– Куда мы идем? – шепотом спрашиваю я.
В ответ получаю лишь озорную улыбку. Логан тащит меня по темному коридору к дверям кинозала, но вместо того, чтобы пройти сквозь них, он устремляется влево и поворачивает ручку двери, о существовании которой я до этого и не догадывалась.
Мы в кладовке. В кромешной тьме и где воняет чистящими средствами, но тут тело Логана прижимается к моему, и я ощущаю только его запах. Я ахаю, когда его губы накрывают мой рот, потому что ничего не вижу, вообще ничего. Но зато я могу чувствовать, ох как могу! Стальные грудные мышцы Логана под его футболкой с длинными рукавами. Обольстительные ласки его языка, который проник в мой рот через раскрытые губы.
Я обхватываю его руками за шею и охотно возвращаю поцелуй. В эту же секунду он прижимает меня спиной к стене, и его мускулистое бедро раздвигает мои ноги. Это неожиданное соприкосновение порождает волну возбуждения, которая прокатывается по всему моему телу.
Он целует меня так, словно не может насытиться, посасывает мой язык, как будто это конфета. А потом обхватывает ладонью мои ягодицы и рывком притягивает ближе – так, что нижние части наших тел трутся друг о друга.
– Как бы мне хотелось трахнуть тебя прямо тут. – Он рычит эти слова мне в шею и тут же вонзается в нее зубами, но вмиг успокаивает жалящую боль языком.
Я даже не знала, что на моей шее столько чувствительных мест. Я словно охвачена огнем, каждый дюйм моей кожи пощипывает от ощущений, покалывает каждый раз, когда его губы пускаются в путешествие по моему воспаленному телу.
Мой клитор набухает, ноет, напряжение между моих ног только растет, и вот я уже бесстыдно трусь о его бедро в отчаянной попытке облегчить агонию. Мне еще ни разу не доводилось предаваться любовным утехам на публике, и осознание того, что в любой момент кто-то может войти и застать нас здесь, заставляет мои бедра двигаться быстрее, с еще большим пылом.
