Мы бутылочки сдадим, И опять сообразим…
Была в ходу в советское время и водка крепостью 56 градусов. Для внутреннего пользования она обычно разливалась под незатейливым названием «Водка», а для иностранцев — «Кгеркауа (Strong) Vodka». Казалось бы — откуда такой непонятный градус. Одним из народных объяснений было такое — мол, Москва стоит на 56-й параллели (градусе), отсюда и соответствующая крепость. В народе ходила следующая байка. Сталин, как известно, был большим другом полярников, и как-то на одном из приемов полярники поведали вождю, что у них есть традиция разбавлять чистый спирт до градусов той параллели, на которой они выпивают. То есть на Северном полюсе спирт разбавляется до 90 градусов, на Северном полярном круге (например, в Салехарде) — до 72, и так далее. На следующем кремлевском банкете товарищ Сталин угощал полярников специально выпущенной водкой «Крепкая», крепость которой соответствовала географической широте Кремля.
Но вообще-то 56-градусная водка — это реинкарнированый напиток времен монополии Витте — «Спирт 57°». А вот действительно, отчего в ту монополию вышел такой странный напиток — ни два, ни полтора? Водка 40 градусов — понятно, спирт по 90 и 96 градусов — тоже, но 57 — ни в какие ворота.
Вероятнее всего, этот напиток был плодом ностальгического воспоминания заводчиков, а может быть, и самого Витте о забытом ныне алкогольном напитке ерофеич. Со второй четверти XIX века ерофеич выпускался промышленно и входил в ассортимент кабаков и трактиров, а впоследствии и ресторанов. По технологии того времени ерофеич отличался от водки тем, что в него не добавляли воду. Скорее всего, «Спирт 57°» был имиджевым напитком, который демонстрировал возможности заводчиков того времени. Ну а почему он в советское время потерял один градус, можно только догадываться — может, и впрямь — географическое положение Москвы сыграло свою роль? Кстати, водка 56 градусов до сих пор разливается и на Украине, и в России.
По аналогии с ассортиментом времен Витте выпускался в СССР и спирт. В пятидесятые — шестидесятые годы его крепость составляла 96 градусов и даже 96 с хвостиком, а позже промышленность перешла на выпуск «Спирта питьевого» крепостью в 95 градусов.
Спирт в России в общем-то никогда и не пили, до тех пор, пока стране не устроили сухой закон. Сухой закон штука такая — и не захочешь, а выпьешь; причем пьют в пору сухого закона все, что горит, кроме дров, разумеется. Приснопамятный горбачевский сухой закон до сих пор вызывает в обществе только негативные эмоции, а ведь это было относительно благополучное время для страны. Совсем другое дело — период первого сухого закона (1914–1924 годы); то время было весьма жестоко: Первая мировая война, череда революций, Гражданская война, продразверстка. Как тут не запьешь?! И пили, несмотря на сухой закон.
Хочешь не хочешь, а армию, несмотря на сухой закон, снабжать спиртом надо: тут и медицина, и артиллерия, и авиация, которые без спирта никуда, да и для гражданских нужд производство лекарств на спирту не останавливалось, и парфюмерия какая-никакая выпускалась. И конечно же, помимо спирта пили все, что попадет под руку.
Когда в 1925 году вышла долгожданная «Рыковка», она была встречена на ура истомившимся народом. Но за время сухого закона людей уже подсадили на спирт; может быть, поэтому некоторые снобы предпочитали пить спирт, даже когда в продаже появилась водка — по сути, тот же спирт, разведенный водой, разве что в заводских условиях.
Наверное, со временем привычка пить спирт ушла бы в прошлое, но вскоре Советский Союз приступил к масштабному освоению Арктики и Крайнего Севера. В результате массовой миграции населения на «севера» в СССР появился вполне официальный алкогольный напиток — «Спирт питьевой». Ведь нет смысла транспортировать вдаль водку, которая, по сути, на 60 процентов состоит из воды, проще привезти бочку спирта и разбавить ее на месте. Уж чего-чего, а воды на севере нашей необъятной Родины хватает.
Может, и пили бы разбавленный спирт только за Полярным кругом, но тут опять пришла беда — началась война. Про наркомовские 100 грамм не слышал разве что глухой. Вот только на фронт везли не водку в бутылках, а спирт бочками и цистернами — железные дороги и так были перегружены.
А дальше пошло-поехало: освоение космоса, создание новых технологий и так далее — в многочисленных лабораториях казенный спирт тек рекой; другое дело, что этот спирт не предназначался для выпивки. Реализация «Питьевого спирта» разрешалась в СССР только в районах Крайнего Севера. А спирт, который предназначался для технических целей, денатурировали: красили, добавляли всяческие яды или вещества, дающие гнусный тошнотворный привкус. Но ведь на халяву все равно пили и давали еще шутливые названия. Подкрашенный спирт — «Синичка», у летчиков собственная гордость — «ликер» «Шасси» или «Шпага», у гражданских он же — «Шило», этикетка, на которой красовались перекрещенные кости и череп и надпись «Яд», переименовывали в «Джин «Три косточки»», ну и так далее — «Озверин», «Шмурдяк», «Технарь» и прочая. Высшим достижением перестройки и гласности стал незабвенный «Рояль».
