Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 256
– Завтра в одиннадцать, – проскрежетала Пат из-за спины Страйка. – У него дома. Адрес оставила на столе.
– Большое спасибо.
Он обернулся; Пат уже набросила на плечи свой плащ. На часах было пять часов вечера. Она немного оторопела, услышав от него благодарность, но с тех пор, как Робин устроила ему разнос за грубое обращение с Пат, Страйк старался вести себя повежливее. Зажав в желтых зубах электронную сигарету, она не сразу поняла, как реагировать, а затем освободила рот и заговорила:
– Робин рассказала мне, что натворил этот Моррис. Про его подарочек.
– Ага, – сказал Страйк. – Вот скотина.
– Ага, – эхом повторила Пат. Она разглядывала своего начальника, будто увидела его в совершенно неожиданном свете. – Ужас просто. А я все смотрела на него и думала, – добавила она, – до чего же на молодого Мела Гибсона похож.
– Да ладно? – удивился Страйк.
– Чего только не напридумываешь.
– Пожалуй, – согласился Страйк.
– А вы – буквально одно лицо с моим первым мужем, – объявила Пат.
– Серьезно? – Страйк не верил своим ушам.
– Ага. Что ж… Пойду я. Хороших выходных.
– И вам, – откликнулся Страйк.
Он дождался, чтобы ее шаги по лязгающим ступеням заглохли, достал сигарету и, закурив, вернулся в кабинет, к распахнутому окну. Там он вынул из ящика стола старую пепельницу, а из верхнего ящика конторского шкафа достал Тэлботову общую тетрадь в кожаном переплете и, усевшись в свое кресло, еще раз ее пролистал, а потом задержался на последней странице.
Страйк никогда особо не вникал в содержание последних записей Тэлбота по двум причинам: во-первых, ближе к концу тетради запасы терпения детектива иссякали, а во-вторых, уловить в этих сумбурных заметках инспектора хоть какую-то логику было даже сложнее, чем в предшествующих отрывках. Однако сегодня к изучению последней страницы записей Страйк обратился по причинам меланхолического свойства: его расследование этого дела также подошло к концу. Поэтому он принялся рассматривать рисунок Тэлбота, изображающий демона, которого инспектор, по его собственным словам, вызывал перед приездом «скорой помощи»: дух Марго Бамборо, вернувшийся из каких-то астральных пределов, дабы преследовать полицейского в образе Бабалон, Матери Мерзостям.
Вникать в это теперь было не обязательно. Страйк отвлекся и будто бы расфокусировал взгляд, стараясь увидеть скрытую за плоским узором трехмерную фигуру. Глаза его скользили по словам и знакам, фрагментарно запомнившимся Тэлботу по сочинениям Кроули и картам Таро Тота. Разглядывая изображение пышногрудого демона, на чьем животе кающийся Тэлбот впоследствии нацарапал христианский крест, Страйк вспомнил слова Робин, сказанные несколько месяцев назад во дворце Хэмптон-Корт: о притягательности мифов и символов, об идее коллективного бессознательного с таящимися в нем архетипами. И сам демон, и бессвязные каракули, возникшие в подсознании Тэлбота, казались психически нездоровому полицейскому абсолютно уместными, однако слишком легко, слишком упрощенно было бы возлагать на Кроули и Леви вину за то, что конкретно выудил из их трудов разум Тэлбота. Он породил это в последнем приступе безумия, в последней попытке толкования. Семь покровов, семь голов, семь потоков. Вожделение и диковинные зелья. Семь вокруг шеи ее. В ядовитой тьме Черной Луны. Кровь и грех. Она восседает верхом на змеельве.
Страйк, наклонив лампу поближе к странице, всматривался в рисунок. Быть может, он питал пустые иллюзии, но, может, в этих безумных записях отражены подмеченные Тэлботом странные совпадения, на которые Страйк обратил внимание после разговора с сестрами Бейлисс? Переводя взгляд с одного фрагмента таинственных закорючек на другой, он думал, что видит перед собой не просто покаяние прихожанина, алчущего искупить свою вину за приверженность к оккультизму, но и последние отчаянные попытки добросовестного полицейского извлечь улики из хаоса, разум из безумия.
63
Они решили двигаться упорно
По-прежнему, как двигались, вперед,
Довольствуясь тропою самой торной;
Куда-нибудь она да приведет,
Но лабиринт опаснее тенёт…
Эдмунд Спенсер. Королева фей. Перевод В. МикушевичаВ течение следующих двух недель Робин не раз замечала, что подержанная книжка Стивена Шмидта под названием «Астрология-14», которую она оставила в кабинете, постоянно кочует с места на место. Поначалу она лежала на конторском шкафу, где и была оставлена, а через несколько дней – у Страйка, на его половине стола; потом, вечером, оказалась возле чайника. Примерно так же появлялись и исчезали различные материалы из полицейского досье Бамборо, а общая тетрадь в кожаном переплете, принадлежавшая Биллу Тэлботу, вообще исчезла из конторского шкафа и, как подозревала Робин, переместилась наверх, в мансарду Страйка.
В агентстве снова царила суета. Новый клиент, футболист премьер-лиги, вбухал два миллиона фунтов в проект ночного клуба, но идея провалилась. Деловой партнер футболиста исчез вместе с деньгами. Сам футболист, которого безжалостный Барклай окрестил Простачком, боялся разоблачений в прессе не меньше, чем безвозвратной потери денег.
Тем временем бойфренд Мисс Джоунз по-прежнему вел удручающе законопослушный образ жизни, но клиентка, похоже, была готова оплачивать счета агентства до тех пор, пока Страйк будет дважды в неделю терпеливо беседовать с ней по телефону. Во время этих «промежуточных отчетов» она вываливала на детектива все свои проблемы и прозрачно намекала, что с радостью примет приглашение на ужин.
Помимо этих клиентов, агентство занималось еще и принятым в обход очереди боссом Жука, сокращенно БЖ, которого совет директоров досрочно выпроводил на пенсию. В один прекрасный день, с утра, БЖ вошел в контору с Денмарк-стрит и спросил Барклая, который оставил свои контактные данные у Элинор Дин. К удивлению Страйка, преждевременный уход на пенсию не поверг БЖ в отчаяние, а, наоборот, раскрепостил.
– Хотите – верьте, хотите – нет, но всего несколько месяцев назад я реально помышлял о самоубийстве, и не раз, – поведал он Страйку. – Зато теперь вырвался из лап этого мерзавца. Ну и рассказал жене про Элинор…
– Серьезно? – поразился Страйк.
– И она отнеслась к этому с пониманием, – продолжал БЖ. – В первом браке мои, так сказать, потребности удовлетворяла бывшая жена, но потом мы расстались, а теперь я обсудил все вопросы с Портией, и она дала зеленый свет моей договоренности с Элинор при условии недопущения супружеской измены.
Страйк спрятал лицо за чайной кружкой. Он прекрасно понимал, что Портия, с ее шикарным маникюром и профессиональной укладкой, привыкшая трижды в год ездить на курорты, обладательница привилегированной карты «Американ экспресс», хозяйка внушительного особняка с бассейном в Вест-Бромптоне, предпочла, естественно, чтобы подгузники БЖ менял кто-нибудь другой.
Ознакомительная версия. Доступно 52 страниц из 256
