Если бы руки имели быки, или львы, или кони,Если б писать, точно люди, умели они что угодно,Кони коням бы богов уподобили, образ бычачийДали б бессмертным быки; их наружностью каждый сравнил быС тою породой, к какой он и сам на земле сопричастен.…Черными мыслят богов и курносыми все эфиопы,Голубоокими их же и русыми мыслят фракийцы…
(пер. Ф. Ф. Зелинского)Когда человек приходит к сознанию, что божественные свойства суть только антропоморфизмы, т. е. человеческие представления, в его мозгу зарождается сомнение, неверие. Если это сознание не влечет за собою форменного отрицания божественных свойств и субъекта, которому их приписывают, то это объясняется лишь непоследовательностью мышления, малодушием и слабостью. Сомневаясь в объективной истине этих свойств, ты не можешь не сомневаться в объективной истине субъекта, которого ими наделяют. Если эти свойства суть антропоморфизмы, то и субъект их также антропоморфизм. Если любовь, доброта, индивидуальность суть определения человеческие, следовательно и субъект, обладающий ими, самое существование Бога и вера в Бога – все это антропоморфизмы, исключительно человеческие предположения. Может быть, вера в Бога есть вообще предел человеческого представления. Может быть, высшие существа, в которых ты веришь, так счастливы сами по себе, так согласны с собой, что между ними и высшим существом нет разлада. Знать о Боге и не быть Богом, знать о блаженстве и не наслаждаться им, это разлад с самим собою, это несчастие. Высшие существа не знакомы с этим несчастием, они не представляют себе того, что не они сами.
Высшие существа – можно понимать это выражение и как синоним слова «люди» (достойные люди, люди, заслуживающие почтения), а можно – как высшие сущности, которые и становятся предметом веры даже человека, называющего себя атеистом: ценности, идеалы, добро, красота, истина, благородство, справедливость и т. д. Фейербах говорит, что эти высшие сущности нельзя отличить от Бога, поскольку (если мы допускаем бытие Божие, а Фейербах обращается к верующему читателю) у них нет никакого дополнительного признака, который отличал бы их от Него.
Ты приписываешь Богу любовь, потому что любишь сам, ты находишь Бога мудрым и благим, потому что считаешь разум и доброту своими высшими качествами, ты веришь в то, что Бог существует, что Он субъект, потому что ты сам субъект и существуешь, – все, что существует, есть субъект, независимо от того, рассматривается ли оно как субстанция, личность или как-нибудь иначе. Ты считаешь любовь, доброту и мудрость высшим человеческим достоянием, а бытие – высшим счастьем; сознание всякой действительности, всякого счастья связано в тебе с сознанием субъективного бытия, существования. Тебе кажется, что Бог существует, что он субъект, по тому же самому, почему Ты считаешь его мудрым, блаженным, добрым.
