Часть 2. Живая девушка
1
Перед глазами все еще стояло жуткое зрелище: расплавленные люди, повсюду кровь и внутренности. Голова гудела и была словно наполнена расплавленным железом.
Какая-то женщина в белом халате, запятнанном кровью, пыталась закатать рукав моей рубашки чтобы поставить капельницу. Я вяло отпихивал ее слабыми руками.
– Энн… – шептал я.
– Мистер Купер, мне нужно дать вам лекарство, вы слышите меня? Вы понимаете, что я вам говорю? – сквозь звон в ушах откуда-то издалека донесся до меня голос.
– Где?…
Я попытался встать с койки, но ноги были слишком слабыми, чтобы удержать вес моего тела. Сколько времени прошло с тех пор, как мы с Анжелой бежали по улице, спасаясь от зеленых лучей? Несколько часов? Или несколько дней?
Где я? Кажется, это что-то вроде полевого госпиталя. Прямо в вестибюле какого-то торгового центра поставили больничные койки, и теперь медицинские работники пытались оказать помощь пострадавшим. Я огляделся и понял, что легко отделался. У мужчины, лежавшего слева от меня, не было нижней половины тела. Он неистово орал, а вокруг суетились трое врачей. Девушка на койке правее была без сознания, врач проводил реанимацию, периодически прикладывая дефибриллятор к ее грудной клетке. В помещение безостановочно заносили новых раненых. Я смотрел на это как во сне.
Мимо быстрым шагом прошел высокий мужчина в военной форме. Я хотел окликнуть его, но не смог. Язык почти не слушался меня.
После того, как ВВС удалось сбить основную массу кораблей, всех оставшихся в живых полицейских собрали и перебросили в районы высадки. Нас привезли куда-то за город, я не успел понять, куда именно. Мне вручили штурмовую винтовку, облачили в бронежилет, а какой-то вояка провел быстрый инструктаж. Началась мясорубка. Я не понимал, что происходит.
С кораблей высаживались какие-то твари. Ничего подобного я в жизни не видел. Мы стреляли в них. Они стреляли в ответ. Люди умирали. Твари умирали.
Потом прибыло подкрепление в виде военных на бронетехнике. Кажется.
Дальше следовал провал в памяти.
И вот я оказался здесь.
Я потряс головой.
– Мистер Купер. Вам нужна медицинская помощь, – устало сказала врач.
– Мне нужно найти жену.
– Найдете потом. Сейчас нужно заняться вами.
Еще один военный направлялся куда-то с планшетом в руках. На этот раз я среагировал вовремя и вцепился пальцами в рукав его куртки. Военный возмущенно дернул рукой и посмотрел на меня.
– Сэр… Мне нужно найти мою жену.
– Всем сейчас нужно кого-то найти, парень, – военный с силой вырвал из моей хватки свой рукав, – Ты что, не видишь, что творится?
– Пожалуйста, – сказал я, – Я только что вернулся с поля боя. Мне лишь нужно знать, что она жива.
Военный несколько секунд колебался, затем достал планшет.
– Имя.
– Энн Купер. Номер соцстрахования двести восемь триста триста двадцать пять.
Пальцы военного молниеносным движением пронеслись по экрану.
– Состояние тяжелое, но она жива.
– Слава богу…
– Более того, она здесь, недалеко. Если вы в состоянии идти…
Я тут же встал на ноги.
– Где?
Военный развернулся и показал рукой направление.
– Тридцать шестая койка.
– Спасибо, – я уже устремился вперед, не обращая внимания на протесты медсестры.
Кругом раздавались крики и стоны. Какого-то пожилого мужчину рвало прямо на пол. В плече женщины торчал обломок металлической трубы, она, обезумев, пыталась его вытащить, а двое врачей едва сдерживали ее.
Я почти бежал, шаря глазами по лицам пострадавших в поисках Энн. Тридцать шестая койка? Черт, знать бы еще, что это означает и откуда считать?
Наконец я увидел ее. Энн неподвижно лежала на койке, руки были вытянуты вдоль тела. Голова была перебинтована, лицо спокойное. Она будто спала.
В голове мелькнула страшная мысль – а что если она в коме? Или еще хуже…
Я стоял и смотрел на нее, не в силах отвести взгляд. К койке подошла женщина в белом халате и стала осматривать Энн.
– Простите, – сказал я нетвердым голосом. Женщина устало посмотрела на меня, – С ней все в порядке? Я ее муж и…
– У нее сотрясение, но в целом все нормально.
– Боже…
Я не мог сдержать слез, которые покатились по моим небритым щекам. Меня переполняли чувства. Конечно, я был рад, что Энн жива, и отделалась легко. Но на меня вдруг лавиной обрушились ужасные мысли.
