это лучше подачек.
Старшая Эдда. Речи Высокого Корабли флота Торгрима — «Лисица», «Кровавый орел» и «Морской молот» — с несколькими сотнями воинов на борту находились в пути уже два дня с тех пор, как командиры решили присоединиться к Кевину в рейде на Глендалох. Еще два дня спустя они заметили «Дракон», корабль Кьяртена.
Они вышли из Вик-Ло и отправились вглубь страны, до устья реки под названием Авока, которая должна была извилистым путем провести их к самому Глендалоху или хотя бы так близко к нему, как позволит малая осадка кораблей. Ветра были слабыми и капризными, и, хотя часть пути им удалось пройти под парусом, в основном приходилось двигаться на веслах, что вызывало общее недовольство.
До устья реки оставалось еще около трех миль, когда Старри поднялся со своего места на корме и взобрался на верхушку мачты. Там он и устроился, зацепившись ногами за тяжелую оснастку, и казалось, что ему там так же удобно, как человеку, стоящему в медовом зале. Он вглядывался в горизонт, и Торгрим ждал от него вестей, но Старри молчал, поэтому Торгрим вновь обратил взор к приближающемуся берегу.
Прошло десять минут, прежде чем Старри позвал его.
— Ночной Волк! — произнес он громко, но спокойно.
— Да?
— Я вижу дым. Немного. Несколько столбов.
Торгрим повернулся к Агнарру, стоявшему у руля.
— Там, в устье, есть рыбацкая деревенька, — сказал Агнарр. — Жалкая кучка навоза. Наверное, дым идет от ее очагов или кузниц.
— Хорошо, — сказал Торгрим. — Скоро мы об этом узнаем.
Он поглядел назад. Другие корабли следовали за ними, как телеги по дороге.
— Там, — сказал Агнарр. — Вот оно, устье реки.
Торгрим кивнул. Теперь он и сам его видел — узкий пролив в береговой линии. И видел рваный горизонт там, где пресная вода, перемешанная с илом, встречалась с холодными солеными волнами океана.
Берег становился все ближе с каждым размеренным движением весел, устье реки раскрывалось перед ними, как объятия. Северного берега и деревни, которую описывал Агнарр, еще не было видно. Агнарр слегка повернул руль, и «Морской молот» убрал нос от земли.
— Берега здесь неверные, — сказал Агнарр. — Похоже, мы на середине прилива. Я буду править по центру реки, так безопаснее.
Торгрим кивнул.
— Старри! — позвал он, а когда Старри, все еще сидящий на верхушке мачты, откликнулся, сказал ему: — Ищи илистые банки и прочие препятствия. Не хотелось бы сразу же разворачиваться.
Старри махнул ему, показывая, что понял, и Торгрим снова стал рассматривать берег. То, что раньше казалось ровной полосой суши, теперь стало устьем широкой реки с илистыми берегами на севере и юге, с рощицами и широкими полями, уходящими от берегов вдаль.
— Все, кто не на веслах, берите оружие и снимайте щиты, — приказал Торгрим.
До сих пор он видел лишь небольшой отрезок реки, и что угодно могло скрываться за ее поворотом. Он не позволит неожиданностям застать его со спущенными штанами.
Люди на носу и корме натягивали кольчуги и кожаные стеганки, надевали шлемы. Харальд, стоявший у самого носа, застегивал пояс с мечом поверх кольчуги. С пояса свисал Колун, хороший франкский клинок, ранее принадлежавший деду Харальда Орнольфу Неугомонному.
Сеган, раб Торгрима, подошел к нему с кольчугой и Железным Зубом в руках. Практически все путешествие Сеган провел, свесившись за борт, вначале с наветренной стороны, затем с подветренной, когда ему не слишком мягко объяснили, что блевать против ветра не стоит. Теперь, когда «Морской молот» оказался в спокойной прибрежной воде, он выглядел чуть получше.
