Когда вы начинаете жить, руководствуясь собственными стремлениями и желаниями, все меняется до неузнаваемости.
Леонард ВиллоубиУ вас бывало такое: вы сидите в машине, и вам никуда не хочется ехать. Ни на работу. Ни домой. Ни в магазин за продуктами. Ни… да в общем, и всё. Вот вся ваша жизнь: работа – дом – супермаркет.
Когда мы понимаем, что почти ничего в жизни не приносит удовлетворения, следует переоценить ситуацию. Оглянувшись на прожитую жизнь, я поняла: меня мало что в ней устраивало, а никаких перемен не предвиделось. Я все так же продолжала бы ходить на ненавистную работу и возвращаться домой к мужу, который стал мне чужим человеком.
Нервы были ни к черту. Физически я ощущала это каждый божий день. Панические атаки, из-за которых я задыхалась, стали привычным делом, а сердце так бешено колотилось по ночам, что я потеряла сон.
Однажды в одну из бессонных ночей я представила, как собираю чемодан – только самые нужные вещи, те, которыми я действительно пользуюсь, кидаю его в багажник и еду в какой-то другой город, где никто меня не знает, где будет новое жилье и новая работа. Новая жизнь.
Я бы не соврала, если бы сказала, что погрязла в рутине и мне нужны перемены. Я словно провалилась в глубокую яму. Сверху летела грязь, и, если бы я осталась сидеть сложа руки, меня бы завалило с головой.
Я задала себе несколько вопросов, ответить на которые было очень сложно. Что ты делаешь? Почему ты здесь? Ответив на последний вопрос, я узнала о себе кое-что такое, что мне не понравилось.
За все мои пятьдесят лет все решения, которые я принимала, полностью зависели от желаний других людей. Мне хотелось совсем другой жизни, но я боялась расстроить свою семью, поэтому оставалась жить там, откуда всей душой хотела уехать. Теперь пришло время действовать.
С той ночи я начала регулярно просматривать вакансии в других городах и рассылать резюме. Три недели спустя мне позвонили из одной медицинской компании, которая набирала медперсонал. После собеседования по скайпу мне предложили работу за 500 километров от дома. И я согласилась!
В первый раз в своей жизни я не искала одобрения других и даже не спрашивала их мнения. Я просто поставила семью перед фактом. Все отреагировали по-разному. Муж погрузился в гробовое молчание, но в глубине души я знала: он понимает, что так будет лучше для нас обоих. А вот мой брат и мать сначала кричали, а потом перестали разговаривать. Они посчитали, что я предаю свою семью, бросаю их, словно они малые дети и без моего присутствия погибнут. Я ожидала нечто подобное, ведь в нашей семье никто не поддерживал смелые решения друг друга.
Я выехала рано утром, собрав только необходимое, как и планировала. Поездка стала для меня перезагрузкой, освободила память от лишних воспоминаний, – сработало как обновление на компьютере. Свернув с трассы I-95 и проехав через маленький южный городок Эмпория в Вирджинии, я сразу поняла, что хочу начать здесь новую жизнь.
Я позвонила женщине, у которой договорилась снимать комнату первое время, и уточнила, как к ней проехать. На месте меня приветствовал свет маленькой лампы на веранде бунгало, закрытой москитными сетками. Декабрьская ночь окутала теплом. Я уже влюбилась в это место!
Прошло полтора года с момента переезда, я ни о чем не жалею. От моих панических атак не осталось и следа. У меня даже не было учащенного серцебиения с тех пор, как я уехала.
Я вступила в организацию Habitat for Humanity[17] – всегда об этом мечтала. У меня есть приносящая пользу людям работа в больнице. По утрам в выходные дни я пишу на веранде бунгало, а днем катаюсь на велосипеде по проселочным дорогам.
У меня на душе спокойно. Я больше не переживаю о том, что будет завтра, не завидую другим людям. Я начала с чистого листа – с новой целью и новыми мечтами. Жизнь со всеми ее невзгодами сделала меня той, кто я есть. Но теперь я словно вернула себе прежнее «я», обнулившись, как пробег в машине.
