Эдмонд Уэллс, Энциклопедия относительного и абсолютного знания, том XII23
Кошки не издают ни звука, как будто тоже заслушались писателя.
Люси наливает себе еще чаю.
– Теперь мне лучше понятна ваша паранойя, месье Уэллс. Я не знала, что ваш жизненный путь романиста был усеян таким множеством терний. Так или иначе, как я уже сказала, ваши произведения сильно мне помогли в решающий момент жизни.
– Приятно слышать. Добавлю к этому, что вы – именно такая женщина, в какую я мог бы влюбиться…
– Напоминаю, вы мертвы!
– Никто не совершенен.
– В общем, это невозможно, потому что, как вам известно, я люблю другого, это моя единственная, великая любовь.
– Об этом я уже поразмыслил и могу вам кое-что предложить.
– В последний раз ваше предложение сводилось к разведывательным действиям на местности в целях вашего перевоплощения. Результат известен, покорно благодарю.
– Нет, вы послушайте, я серьезно. Вы узнаете правду о моей смерти, а я нахожу вашу великую любовь.
Люси не скрывает удивления.
– Как вы намерены это сделать? Напомню, один детектив и один министр внутренних дел уже потерпели в этом неудачу.
– Я прибегну к помощи своего деда-полицейского, в свое время – блестящего сыщика. Он установил со мной связь и выразил готовность помогать. Полагаю, на том свете у него может быть доступ к информации, которой никак не могут обладать ни ваш детектив, ни ваш министр.
Люси глубоко вздыхает, не переставая гладить запрыгнувшую ей на колени кошку – кажется, она спрашивает у нее совета.
– Вы действительно сделаете это для меня? – спрашивает она тихо.
– Я буду счастлив вам помочь.
– Хорошо. Договоримся так: я расследую вашу смерть, а вы ищете любовь моей жизни. Мы оба со всей энергией добиваемся желаемых результатов.
– Обещаю, что не отступлюсь, пока не выясню, жив ли он, а если жив, то где находится.
– А я сделаю все необходимое, чтобы найти вашего убийцу, только учтите, рисковать я не собираюсь.
– Я крайне огорчен случившимся вчера. Я еще не знал толком правил того света, мне было невдомек, что вы притягиваете блуждающие души, как свет – мотыльков.
– Не желаю никаких ранений, царапин, преследований, физических и словесных угроз. Ни сломанных ногтей, ни воспалений сухожилий!
– Я заинтересован в том, чтобы вы жили-поживали как можно дольше.
– Как же, в таком случае, вы себе представляете мои действия?
– Для начала я снабжу вас одним подпольным адресом, где можно за скромную плату обзавестись фальшивым полицейским удостоверением, которое поможет вам допрашивать подозреваемых. Потом я дам вам адрес лаборатории моего друга Владимира Крауза. Вы попросите его сделать анализ содержимого вашей пробирки. Будем работать параллельно, на этом свете и на том.
Люси вместо ответа подходит к фотографии Сами Дауди. Закрыв глаза, она предается своим лучшим воспоминаниям о нем. Она задерживает дыхание, потом переводит дух. Видно, что она полна надежды.
24
Ветер гонит по улице опавшие листья и грязные бумажки. Длинная вереница застрявших в пробке машин начинает сигналить, пешеходы ускоряют шаг. Только собачники не торопятся: их заставляют медлить питомцы, обнюхивающие деревья и шины. Люси Филипини шагает быстро. Она одета во все красное, и это неслучайная расцветка: она направляется в лабораторию Владимира Крауза. Лаборатория располагается в доме, смахивающем на роскошный особняк. Внутри разъевшаяся секретарша с двойным подбородком и бородавкой на щеке увлеченно трещит по телефону:
