Глава шестая Ареццо
Отель, в котором я предпочла остановиться в Ареццо, оказался куда более скромным, чем те, в которых я шиковала во время своей прогулки по Европе, предпринятой по заданию Кроуфорда Лейка. Откровенно говоря, здесь было несколько неопрятно. Подобно многим итальянским общественным заведениям невысокого пошиба он был украшен в гамме красных цветов: красные занавески, красные покрывала, красные плитки в ванной. Обычно подобного рода убранство оскорбляет мое эстетическое чувство. Так сказать, профессиональная болезнь человека постоянно имеющего дело с прекрасным в его разнообразных проявлениях: таким как я трудновато угодить. Тем не мене здесь, в крошечной гостинице, расположенной в стороне от Корсо Италия, главной улицы Ареццо, я чувствовала себя куда более на месте, чем в навязанных Лейком очаровательных и дорогих отелях-бутиках. Что скрывать, в сердце своем я лавочница, а не аристократка. Помимо сомнительной гаммы цветового убранства, здесь была горячая вода, — когда таковая вообще с завываниями пробивалась по трубам, явно оставшимся в этих стенах со времен еще доисторических, — кроме того, из соседнего номера, словно бы стена была сделана из картона, постоянно доносился скрип пружин, а также стоны и кряхтение какой-то чрезмерно увлеченной друг другом пары. Тем не менее у этого заведения была одна чрезвычайно положительная черта: за исключением Антонио — если только он прослушивал сообщения своего автоответчика — никто не знал о моем пребывании здесь. Я позвонила в агентство, занимающееся арендой автомобилей, убедила его представителя в том, что машина все время глохнет, и настояла на том, чтобы мне поменяли ее на новую. Потом я позвонила в Вольтерру, в гостиницу, и сообщила туда, что отъеду раньше, чем собиралась. Вернувшись в свой номер, я как можно скорее упаковала сумку, расплатилась по счету с учетом лишнего дня, чтобы не было разговоров, а потом растворилась — во всяком случае, я надеялась на это — в лучах заката.
Вытащив карту, я стала искать городок, расположенный как можно дальше от Леклерка и карабинеров, но достаточно близко к Вольтерре, чтобы можно было при желании в любое время встретиться с Лейком, как только он позвонит, а я надеялась, что это случится достаточно скоро. Остановилась я на Ареццо.
С моей точки зрения, отель обладал несколькими существенными достоинствами. Персонал вел себя вежливо, не докучливо и — самое главное — не проявлял любопытства, клиентура же по большому счету оставалась непостоянной: студенты с рюкзаками, а иногда залетевший на короткое время бизнесмен. Здесь можно было недурно позавтракать — днем помещение превращалось в бар — и к вполне пристойному «капуччино» прилагалась лучшая, чем в среднем, утренняя трапеза из холодной нарезки, сыра, фруктов, неограниченного количества круассанов и хлеба.
* * *
— Не разрешите ли сесть рядом с вами? — услышала я на следующее утро рядом с собой голос, когда за кофе погрузилась в газету, надеясь отыскать в ней упоминание об украденной этрусской вазе или аресте человека, известного мне под именем Пьер Леклерк. — В столовой уже достаточно людно, и свободных столиков просто не осталось.
Мне хотелось сказать нет. Пару дней назад я просто тосковала по обществу. Но теперь, учитывая все случившееся, я мечтала только об одиночестве. Оторвавшись от чтения, я увидела перед собой женщину лет шестидесяти — шестидесяти пяти, седую, кудрявую и загорелую, одетую в джинсы и рубашку в цветочек. Крохотная, дюйма или двух не достигавшая до пяти футов, она превращала меня — женщину среднюю во всех отношениях — в какую-то гигантессу. И я поняла, что не в силах отказать ей.
— Прошу вас, — я жестом указала на стул напротив себя.
— Будьте добры, «эспрессо», — обратилась она к официанту.
