Argumentum ad baculum
(аргумент к палке)
Когда у вас кончаются разумные доводы, применяйте палку. Argumentum ad baculum рассматривает силу как средство убеждения. К этому доводу часто прибегают те, кто без него проиграл бы спор.
Будет лучше, если вы расскажете нам то, что мы желаем знать. В конце концов мы же не хотим, чтобы пострадала ваша престарелая мать или сестра-инвалид, верно?
(Скорее всего, верно.)
Угроза силы не обязательно должна принимать вид физического насилия. Argumentum ad baculum совершается всякий раз, когда кому-либо обещают неблагоприятные последствия, если он не согласится с желаниями говорящего. («Я сожалею, но если вы не принесете нам чертежи новой баллистической ракеты, я буду вынужден разослать эти фотографии во все газеты».)
Ошибочность argumentum ad baculum состоит в том, что он привносит в рассуждение не относящийся к делу материал. Строго говоря, он отодвигает рассуждение в сторону, переходя вместо этого к силе как средству убеждения. Поскольку сила, несомненно, бывает действенна в деле вежливого направления внимания собеседника в сторону желаний говорящего, ее применение означает поражение и ниспровержение разума.
Довод ad baculum, увы, часто выступает на публичной сцене международных отношений. Могущественные страны, когда им не удается добиться своего в разумной дискуссии, не брезгуют переброситься парой ad baculum, чтобы повлиять на исход переговоров. Если даже это не помогает, они начинают перебрасываться предметами покрупнее.
Большим мастером в применении ad baculum был Иосиф Сталин. Он освоился с этим приемом настолько, что само его имя увековечено в высказывании Хрущева, подводящем итог действенности данного довода:
«Когда Сталин говорит „пляши“, умный человек пляшет». Сам Сталин, по всей видимости, придерживался взгляда, что тому, кто не имеет возможности угрожать силой, нечего лезть в международные отношения. Известная история гласит: Сталин, услышав, что римский папа собирается принять участие в некоей международной конференции, осведомился: «А сколько у него дивизий?» Как неоднократно выясняли для себя враги Сталина, разумные доводы — не очень эффективное средство против ad baculum.
Политические партии, опираясь на идеализированное представление о человеческой природе, часто обвиняют соперников в том, что они слишком часто прибегают к доводам ad baculum. Сэр Уильям Браун посвятил этому предмету остроумную эпиграмму:
Король отправил конных, чтоб Оксфорд взять спесивый, —
Ведь нету аргументов для тори, кроме силы;
А в Кембридж посылает он кипу документов —
Ведь силы нет для вигов помимо аргументов.[10]
(Если бы дело происходило в наши дни, то еще неизвестно, что оказалось бы сложнее — отыскать хоть одного консерватора-тори в Оксфорде или хотя бы одного грамотного человека в Кембридже.)
Вы можете использовать ad baculum в том случае, если у вас есть сила, чтобы ею угрожать, и возможность избежать последствий ее применения. Закон следит, чтобы в спорах не всегда выигрывал тот, кто сильнее, предотвращая тем самым множество поломанных костей в попытке это выяснить; однако чтобы быть эффективными, ваши угрозы не обязаны сводиться к физическому насилию. Множество ораторов добивались своего, просто давая понять слушателям, что не перестанут им надоедать, пока их требования не будут выполнены. Возможно, римляне разрушили Карфаген только для того, чтобы Катон наконец замолчал.
Argumentum ad crumenam
(аргумент к кошельку)
Argumentum ad сгитепат предполагает, что деньги являются мерилом истинности и что те, у кого есть деньги, скорее всего, будут правы. «Если ты так хорошо все знаешь, почему же ты небогат?» — так звучит обычная форма подобного довода, однако он переводится и в поэтическую форму под видом веры в то, что «истина это добыча».
Существовали ответвления христианства, полагавшие, что мирской успех можно считать признаком божественной милости; существовали конституции, которые распределяли права в пользу тех, кто обладал деньгами и имуществом.
Как я заметил, те, кто зарабатывает в год больше 100 тысяч фунтов, склонны со мной согласиться.
(Возможно, и так… Можно было бы добавить, что не одобряют предложение в основном правши, а соглашаются люди выше шести футов ростом и что мнения людей с карими глазами разделились поровну. Все это примерно так же относится к делу, как и то, сколько у них денег.)
Ошибочность argumentum ad сгитепат заключается, разумеется, в том, что богатство не имеет никакого отношения к рассматриваемому вопросу. Да, иметь много денег очень приятно и удобно, быть правым тоже очень приятно и удобно, но связать эти две вещи на данном основании можно было бы, только прибегнув к приему нераспределенного среднего термина.
