Александр ШтернбергИз аэропорта Джордан поехал сразу к Вере домой. Он позвонил, и Юра открыл ему дверь. Из гостиной выглянула Вера. Она говорила по телефону:
– Да он просто меня кинул с этими лекциями, как последняя сука!
Ой, извини, я тебе перезвоню.
Сунув телефон в карман розового шелкового халата, Вера бросилась к Джордану.
– Ты что так быстро? – Она смутилась. – В смысле, я думала, тебя дня три не будет.
– Потом расскажу. Можно что-нибудь покушать?
На этот раз гренки с яичницей пошли на ура. Джордан рассказывал о своей поездке, все больше напирая на красоты алтайской природы и экзотические шаманские ритуалы. Об истории с Амиром он вообще не стал упоминать.
– Я решил, что нет смысла оставаться там сколько-то больше. О задании Азиза мне все равно никто бы не рассказал, зато я понял, что эти люди представляют собой. Все это много опаснее, чем мы предполагали.
– А ч-чем вы вообще занимаетесь? – закончив жевать, заинтересовался Юра. – Я д-думал, вы тут по науке…
– Тебе сколько раз говорить! – Вера не дала Джордану ответить. – Не фига лезть в чужие дела. Нечем заняться, почисти мне комп от вирусов, дефрагментацию сделай. Только не трогай программы и ничего без меня не удаляй.
– Г-где ты вообще взяла эту рухлядь, – недовольно пробормотал Юра, взяв в руки стоявший на полу массивный чехол с ноутбуком.
– А т-тяжеленный какой. У тебя же была н-нормальная м-машина…
– Не твое дело. И не бурчи, как старый дед, давай работай!
Вытолкав Юру в его комнату и закрыв за ним дверь, Вера обхватила руками шею Джордана и впилась в его губы. Наконец, оторвавшись, она схватила его за руку и потащила в свою спальню. Такой возбужденной он еще ее не видел. Повернув до щелчка ручку двери, девушка толкнула его на неубранную постель и, скинув халатик, сама упала рядом. Ни раньше, ни позже, а именно сейчас у Джордана зазвонил мобильник. На табло высветилось: F Dimitri. Он поднес телефон к уху.
– Слушаю, отец Димитрий.
– Джордан, родной мой, – послышался в трубке приглушенный голос священника. – Вы бы подъехали ко мне сейчас, а?
– Что-то случилось?
– Да нет пока, но есть важный разговор, просто неотложный. Вы в церковь приезжайте, помните, где это?
– Помню, помню, – ответил Джордан, косясь на Веру, которая без слов, только с помощью гримас и жестов, но очень красноречиво убеждала его отделаться от приглашения. – Но можно ли отложить до завтра, у меня, знаете, дела сегодня…
– Послушайте! – Голос отца Димитрия стал жестче. – У меня есть ответ на ваш вопрос, и из него следует, что вам грозит большая опасность. Приезжайте!
– Ну, хорошо, я сейчас приеду, – развел руками американец.
– Я сегодня исповедую, если будут прихожане, подождите обязательно. Обещаете, родной мой?
Увидев, что Джордан засобирался, Вера обняла его, пытаясь снова повалить на кровать.
– Это Силин, что ли? Да не езди ты к нему. Он же сдвинутый, вся Москва в курсе. Одни эти его книжонки почитать, такая бредятина! А ты и так уже все знаешь. Ну не уезжай!
– Я недолго, Вера. Отец Димитрий, конечно, немного странный, но мне его рекомендовали как человека, который может помочь.
– Кто рекомендовал? Ой, извини, это не мое собачье дело, – Вера быстро натянула одежду и отвернулась к окну. – Ладно, поступай, как знаешь. Но лучше б ты с Валерой посоветовался, а то накосячишь, потом хрен расхлебаем.
Джордан ничего не ответил. Выходя, он обернулся. Вера, не мигая, смотрела на него, и в ее глазах была тревога.
Было уже жарко. Тяжелая пелена смога вовсю накрывала город, и дышать становилось все труднее. Редкие прохожие шли кто в марлевой повязке, кто в респираторе. Такси как провалились, и Джордану пришлось пройти целый квартал, пока он сумел остановить попутку. Притормозила оранжевая малолитражка. За рулем была полненькая дама средних лет, ярко накрашенная, с пышной копной светлых волос.
