Мы были близки, но люди могут превратиться
Из тех, кого ты знаешь, в тех, кого нет.
Мама?! Галина Ижевская — мама Стаса? Как такое возможно? Он знал? Почему не сказал? И как она могла быть бабушкиной подругой? Вопросы сменяли друг друга со скоростью света, и Ариана застыла у двери, не решаясь войти.
— Представишь мне свою спутницу? — рассматривая ее, спросила Галина. Ее голос звучал властно, осанка была как у балерины, и становилось ясно, от кого Стас унаследовал ярко-синие глаза.
— Ариана Белецкая. Мы приехали забрать книгу ее рода, — отозвался Стас.
Женщина вздрогнула.
— Проходите, я заварю чай.
В огромной гостиной все вокруг кричало о богатстве. Чего только стоил белый кожаный диван, на краешек которого присела Ариана. И хотя в целом обстановка была подобрана со вкусом, она чувствовала себя некомфортно среди этой вычурной роскоши.
— Мы спешим, — Стас встал рядом с Арианой, демонстративно скрестив руки на груди. — Отдай книгу, и мы поедем.
— Хорошо, ждите здесь.
Галина вышла, и Ариана повернулась к Стасу.
— Ты знал?
— Нет. Когда ты назвала имя, я решил, что это невозможно. Мало ли Галин в Москве? Но когда ты назвала адрес… Тут уже сомнений быть не могло.
Раздались быстрые шаги, в комнату влетела Галина. Она была бледная, на щеках выступили сердитые красные пятна.
— Несколько лет назад ты забрал из тайника книги со скрытым текстом. Там была книга в белой кожаной обложке с двумя вензелями посередине? — неестественно ровно спросила она.
Пришел черед Стаса бледнеть. Ариана чувствовала, как в комнате растет напряжение — еще чуть-чуть, и воздух начнет искриться. Дар отозвался мгновенно. В этот раз перед ее взглядом возникли большие крылья, которыми она закрыла Стаса от холодной ярости матери.
Оба вздрогнули и уставились на Ариану.
— Она инициирована! — ахнула Галина. — А где подвеска? Она была достаточно мощная, чтобы прослужить ей всю жизнь!
— Очевидно, недостаточно. Нам пришлось снять ее из-за конфликта сил, — процедил Стас.
— Рассказывайте, — приказала женщина, усаживаясь рядом с Арианой.
Ее аура была похожа на грязный мартовский снег — серая и тусклая, но кое-где проскальзывали яркие серебристые искорки. Что же случилось, отчего яркая амбициозная женщина превратилась в высокомерную застывшую льдину? Ариана заерзала на диване. Нестерпимо захотелось отмыть ауру от серого налета, вернуть былой блеск. Но она побоялась навредить Галине из-за недостатка знаний и просто сидела рядом с ней, мучаясь от собственной бесполезности. Стас тем временем кратко рассказал о событиях, из-за которых пришлось снять подвеску, но повернул все так, будто ключевым моментом стал случай в библиотеке.
— Книги у тебя нет, — полувопросительно произнесла Галина.
Стас хмуро кивнул.
— Мало того, что ты взял книги без спроса, когда я отсутствовала…
— Тебе они все равно были уже не нужны, — перебил ее Стас.
— Не тебе решать, — повысила голос Галина. В комнате стало ощутимо холоднее. — Как ты потерял книгу?
— Мой друг, видимо, случайно забрал ее с собой, когда уехал.
— Уехал? — фыркнула Галина. — Насколько я знаю, он сбежал. И теперь память одного из сильнейших родов чувствующих у охотника-вора, который исчез с ней в неизвестном направлении. А ты за три года даже не удосужился заняться его поисками.
Стас стоял бесстрастной статуей, но Ариана чувствовала океан эмоций, бушующий у него внутри.
— Завари нам чай, — внезапно распорядилась Галина, кивнув сыну на дверь. — Я поговорю с чувствующей наедине. И не подслушивай. Кто знает, кто еще тебя одурачит и украдет эту информацию.
Стас дернулся, и Ариана инстинктивно схватила его за руку, боясь необдуманных реакций. Руку снова пронзили тысячи иголочек, но она только крепче сжала ладонь. Стас мягко высвободился и вышел из гостиной. Ариана осталась с Галиной наедине. Некоторое время обе молчали. Галина рассматривала ее еще внимательнее, чем раньше, и наконец сказала:
