Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 101
Еще один шкаф представлял собой нечто вроде секретера. Открыв дверцу, годившуюся теперь на роль столешницы, он увидел стопку разномастных бумаг – скорее всего неких договоров и счетов, пару потрепанных общих тетрадей, толстый блокнот-ежедневник, несколько стандартных фотоальбомов. Можно, конечно, было порыться в документах и узнать о хозяевах побольше, но Ниче стало неловко, словно он собрался подглядывать, а потому он быстро закрыл секретер и перевел взгляд на третий шкаф.
Тот представлял собой некий «мультимедийный центр». Средняя часть в нем была открытой, и в ней красовался большим плоским экраном телевизор. На полках ниже стояли видеомагнитофон и DVD-плеер. Над телевизором полки были закрыты дверцами. Нича подошел и открыл их. Там хранились видеокассеты и диски. Судя по тематике, интересы у хозяев были самыми разнообразными: детективы, триллеры, боевики, комедии – всего вперемешку. Но преобладала, пожалуй, все же фантастика. Что и неудивительно, судя по книге на столе, подумалось Ниче. Но среди видеокассет в отличие от дисков преобладали мультфильмы, что позволило Ниче сделать вывод: в семье есть подросток, как минимум один. Причем уже старшеклассник. Мультики он смотрел в детстве, когда DVD еще не было. А теперь он из этого возраста вышел, и среди дисков есть только пара мультипликационных, да и те – японские аниме.
Короче говоря, проведенное Ничей обследование комнаты привело к единственному выводу: в квартире проживала обычная российская семья. Не богатая, но и не нищая. Среднестатистическая, как и сама квартира.
Впрочем, в ней имелись еще две комнаты. К закрытым дверям одной из них и направился Нича.
* * *
Он раскрыл дверь и вздрогнул. В комнате стоял живой человек! Женщина. Услышав за спиной звук, она обернулась. И тут… Ниче показалось, что стены наклонились, а пол уходит из-под ног… Перед ним была… его мама!.. В руках она держала знакомую оранжевую лейку, но, увидев Ничу, вскрикнула, взметнула к нему руки, и лейка, кувыркаясь и разбрызгивая воду, полетела в сторону.
Нича задохнулся, не в силах произнести ни звука, но в следующее мгновение он рванулся вперед. Внезапно перед ним мелькнула серая тень – волк, вытянув передние лапы, всей массой врезался в дверь, которая с грохотом захлопнулась перед Ничиным носом.
– Ты чего? Ты чего?! – завопил Нича. – Там же мама!..
Бесстрашно отпихнув ногой зверя, он схватился за дверную ручку и потянул ее на себя. Юрс хладнокровно смотрел на это, даже не думая вмешиваться. Тогда Нича распахнул дверь и шагнул за порог комнаты.
Ему вновь показалось, что пол под ногами качнулся. Но он быстро понял, что это ему вовсе не кажется. Пол на самом деле качался. Покачивались также и стены. И в том не было ничего удивительного, ведь Нича стоял… в тамбуре стучащего по рельсовым стыкам вагона!
– Ничо так… – пробормотал он и попятился к двери. Нащупал ручку, толкнул спиной дверь, но та и не думала открываться. Нича обернулся. Дверь больше не являлась выкрашенной белилами фанерой. Это была железная вагонная дверь с металлическими планками поперек стеклянного окна посередине. Через стекло, в метре от него, виднелась такая же дверь, ведущая в соседний вагон.
2
Геннадий Николаевич торопился домой. Все-таки он засиделся у Зои. У Кокошечки…
Да, как тесен, оказывается, мир! Хоть и звучит это избитое утверждение банально, но как же оно верно! Ведь он и думать забыл о Зое, а когда-то… Нет, ничего между ними не было и раньше, но он, что скрывать, был когда-то влюблен в эту хрупкую рыжеволосую девушку. Но тогда он был молод, робок и глуп. Никак не мог решиться пригласить Зою в кино, ресторан или куда там еще… А ведь она, похоже, этого от него ожидала. Будь он чуть-чуть посмелей, поактивней, и кто знает, как бы оно повернулось? Вот и Нича, похоже, весь в него. Правда, вокруг сына девки сами вьются, это он все никак из них выбрать не может!..
А вот получись у него тогда с Зоей-Кокошечкой, был бы сейчас у него Нича? – подумалось вдруг. И следом пришло раздражение: «Что тебе надо, старый козел?! Чем ты еще недоволен? Тебе что, со своей Зоей плохо?!»
Словно в ответ на эти мысли, раздался телефонный звонок. Не сбавляя шага Геннадий Николаевич достал мобильник, поднес к уху.
– Я уже иду, Зоюшка! Через пять минут буду.
– Гена!.. Коля… Я видела Колю… – раздалось в ответ бормотание жены.
– Что?! – подпрыгнул Бессонов. – Что ты говоришь? Ты видела Ничу?!. Где?!
– Здесь… Гена, иди скорей… Я не могу говорить, мне плохо…
– Сейчас-сейчас!!! – заорал в трубку Геннадий Николаевич. – Зоя, сейчас! Я уже рядом! Срочно ложись, я бегу!..
Он и правда побежал. Благо до дома оставалось метров триста. Тяжело отдуваясь, взлетел на третий этаж, трясущимися руками не сразу попал ключом в замочную скважину, распахнул дверь… Не разуваясь, бросился в комнату, подбежал к лежащей на диване жене, рухнул перед ней на колени, взял ее руки в ладони и поднес к губам, словно хотел согреть их дыханием.
– Как ты, Зоюшка? Что?..
– Уже лучше, – шепнула Зоя Валерьевна. – Только голова кружится.
– Сейчас я, сейчас, – вскочил Геннадий Николаевич. – Чего тебе принести? Таблеток? Воды?..
– Не надо таблеток. Принеси воды. Только без коньяка, – улыбнулась супруга.
Геннадий Николаевич метнулся на кухню. Через десяток секунд вернулся с кружкой.
– Пей, Зоюшка, пей!
Зоя Валерьевна, придерживаясь за плечо мужа, подняла голову, приняла свободной рукой кружку, стала пить мелкими частыми глотками.
«Словно птичка», – мелькнула у Геннадия Николаевича жалостливая мысль. А вслух он, дождавшись, пока супруга напьется, спросил:
– Так что же случилось, а, Зоюшка? Что ты там мне сказала про Кольку?
– Видела я его, Гена, – голосом, полным тоски, ответила Зоя Валерьевна. – Я утром цветы полила, а воды набрать в лейку забыла. Ну, чтоб отстоялась… Вот, вспомнила, набрала, иду, чтобы на подоконник поставить, а дверь в комнату зачем-то закрыла… Машинально, не знаю зачем. Вдруг слышу, она снова открывается. Я обернулась, а там – Коленька!.. Стоит, на меня смотрит, глаза огроменные, ошарашенные… Я чуть рассудка от радости не лишилась, вскрикнула, а Коля ко мне бросился. Но тут собака какая-то из-за его спины выпрыгнула и в дверь лапами – хлоп!..
– И что дальше? Дальше-то что?! – заторопил жену Геннадий Николаевич, видя, что та не спешит продолжать, а из глаз ее покатились слезинки.
– А ничего дальше, Гена, – всхлипнула Зоя Валерьевна. – Я – к двери. Распахнула, а там никого… Никого, Гена! Никого!..
Зоя Валерьевна зарыдала.
– Ну, ну, успокойся, – попытался утешить Бессонов жену, а потом решил – пусть выплачется, слезы тоже помогают, недаром их природа выдумала.
Дождавшись, когда супруга перестала всхлипывать, он положил ей руку на плечо и спросил:
Ознакомительная версия. Доступно 21 страниц из 101
