Но человек и не думал на него нападать, он даже не шевельнулся, когда Денис, держа его краем глаза в поле зрения, продолжил свой путь по лестнице, теперь уже медленно, неспешно, чувствуя всей спиной того, кто сзади. Что за выговор? Вологодский? Вологодские больше на «о» налегают. Вятский? Похоже…
Глава 4
Денис любил свой офис. Однако утром в понедельник, спускаясь в полуподвал родной «Глории» и слыша еще на лестнице перестук бильярдных шаров, он подумал, что вряд ли их впереди ждет очередь из солидных клиентов, как-то все у них не очень серьезно: вроде детективное агентство, а детективы вместо того, чтобы распутывать сложные криминальные загадки, шары гоняют. Как жулики в ЦПКиО имени Горького. Бильярдный стол достался им от прежних владельцев полуподвала, бежавших отсюда быстрее лани — прижали братков за долги. Денис все порывался его куда-нибудь сплавить, но его доблестная гвардия настояла: бильярд пусть будет, потому как оперативникам нужна твердая рука и зоркий глаз.
И вот сейчас тощий, жилистый Щербак легко, словно в каком-то танце, двигался вокруг стола, тренировал глаз, а могучий Демидыч, звучно топая от одной лузы к другой, то и дело вытаскивал его шары — надо полагать, как раз укреплял руку.
Вообще, дисциплинка у его доблестных орлов была та еще: игравшая парочка словно бы и не заметила прихода начальника, сидевший тут же Кротов задумчиво взирал на закипающий кофейник от «Тефаль», который всегда думает о нас, и только один Макс кивнул ему — бородатый, грузный, похожий на восточного идола, он вроде бы исполнял свои служебные обязанности восседал на рабочем месте за компьютером; впрочем, чем он там занимался это был еще, как говорится, большой вопрос.
Однако уже через минуту Денис понял, что был неправ: ребята как раз ждали его, горя желанием узнать, какое такое новое задание перепало им от отцов-основателей, как в шутливых разговорах между собой именовались здесь «дядьки». Да и как было этого не понять, если орлы чуть ли не в полном составе нарисовались в его закутке, едва Денис уселся за свой рабочий стол.
— Не томи, начальник? — первым не выдержал Кротов, он же Крот, лучший топтун по эту сторону Атлантического океана, как именовал его Демидыч. Небось тыщ на сто дельце нам отстегнул заместитель Генерального!
— Ага, — хмуро кивнул Денис. — На сто пятьдесят с прицепом… Откуда информация? — сурово спросил он.
Орлы заржали.
— Или мы не сыскари? Обижаешь, командир!
Один только как всегда деловой и энергичный Коля Щербак не настроен был на зубоскальство.
— Дядька твой звонил, генерал Грязнов. Просил, чтобы, когда появишься, сразу же перезвонил ему в МУР… Давай излагай, что там за событие-то?
— Значит, так, ребята, — сказал Денис, по привычке называя их «ребятами», хотя, конечно, человек со стороны вряд ли рискнул бы так обратиться к мужикам, каждому из которых уже под сорок, — задание, как я понимаю, большой славы нам не принесет… И вообще, прошу сразу поиметь это в виду: дело, что называется, не прибыльное. Дядька не с заказом к нам на этот раз, а с просьбой помочь…
— Чья просьба-то? — решил зачем-то уточнить Демидыч.
— А какая тебе разница? Меркулов хочет помочь одному старому своему знакомому, другу его отца. Излагаю подробно. Есть в Москве старый коллекционер. Живет один. Сейчас болен, из дома практически не выходит, с постели и то не каждый день встает. На днях, когда дедок был в полубессознательном состоянии — по причине болезни, старости и постоянного приема лекарств, его обокрали. Первые опросы показывают: никто из близких деду людей, да и сам он, ничего не видели, больше того — никто ничего не может даже предположить, выдвинуть хоть какую-то версию. Абзац полный!
Денис замолчал, снова ненадолго задумался над обстоятельствами происшествия. Что-то все же брезжило, брезжило за всем этим нагромождением довольно нелепых подробностей… Слабые замки, отключенная сигнализация, якобы проникнутые чувством родственного сострадания немногочисленные — раз, два и обчелся — посетители старика, немалые ценности, на которые воры даже почему-то не позарились…
— Однако! — прервал его затянувшееся молчание Щербак. — Либо ты, Денис, давай выкладывай как можно больше информации, либо я не знаю… Мы как вообще — беремся за это дело?
— Ну как же не взяться? — словно на слабоумного, с сочувствием посмотрел на него Кротов. Но на Щербака это не произвело никакого впечатления.
— Если беремся, — продолжил он, — давай выкладывай нам все толком и по порядку. Что там у него пропало-то? Что вообще этот дед коллекционирует?
Денис усмехнулся: точно таким же путем шел и он сам.
— Что коллекционирует, говоришь? Книги. Картины. Эмали. Антиквариат. Ювелирку. Все на свете! А пропали — только книги. Что и удивительно, и характерно, потому что настоящему вору там очень даже есть чем поживиться, сам видел. Книги, правда, как говорят, пропали очень ценные. Не просто ценные, а суперценные, такие, что через букинистические магазины пойти никак не могут, потому как насчитываются на всем белом свете единицами. Так что украдены они — если, конечно, украдены, что тоже пока не факт, — только под конкретного заказчика. Такого же коллекционера…
— Ладно. — Щербак милостиво кивнул. — С этим более-менее ясно… пока. А теперь объясни мне вот что. Почему Меркулов к нам-то? Я, честно говоря, чего-то не понял…
— Да неважно это! — отмахнулся Денис. — Но все же снизошел до объяснения: — Я ж вам сказал уже: этот коллекционер — старый друг меркуловской семьи, он когда-то спас отца Константина Дмитриевича от пресловутой пятьдесят восьмой статьи, ну и так далее… И у Константина Дмитриевича вроде как долг чести…
— Да я не про это, — прервал его Щербак. — Тут все более-менее. Я про другое. Почему решили через нас искать, а не через ментовку? У них же аппарат, мощь, центральная картотека и так далее, а мы что?
— Ну-у… — протянул Денис. — Тут, я думаю, причин несколько. Во-первых, как я понимаю, и Меркулов, и сам дед подозревают, что книжки спер кто-то из своих. Ну не хочет человек огласки, разве непонятно? Понятно. А во-вторых, как я предполагаю, с самой коллекцией тоже, вероятно, проблемы, там тоже, наверно, не все приобретено чистым, как говорится, путем…
— Ну да, ну да, — закивал Демидыч, — с коллекционерами это часто бывает. Вот я помню…
— Погоди, — остановил его Денис. — Я думаю, мужики, нас с вами все эти обстоятельства пока не должны касаться. Деды нас с вами попросили помочь, так почему не помочь-то? Как я понимаю, тут может примешиваться еще одно: боятся деды, что через ментовку может произойти утечка информации. Сами понимаете, обстоятельство очень существенное, если вор собрался толкать книжки за рубеж. Словом, вот так.
— Ладно, — кивнул Щербак. — Надо так надо. Начнем, а там вскрытие покажет, что к чему. Ну а круг подозреваемых хоть обозначен как-то?
