Максим БыковНа лекциях Пьер Борг любил повторять: «Звоните. Всегда звоните. По возможности каждый день, а не только когда вам что-то нужно. Нам важно знать, чем вы заняты; кроме того, у нас может быть для вас важная информация». Затем курсанты шли в бар, где Нат Дикштейн, подмигивая, учил их по-своему: «Никогда не звоните первыми – это неприлично».
Борг злился на Дикштейна. Он вообще легко выходил из себя, особенно когда не был в курсе дела. К счастью, это не влияло на его решения. Каваш его тоже раздражал. Почему встречу назначили в Риме, еще можно понять – у египтян здесь работала целая команда, так что Кавашу проще найти повод для командировки. Но какого черта нужно обязательно встречаться в бане?!
Сидя в своем кабинете в Тель-Авиве, Борг то беспокоился за Дикштейна, то ждал вестей от Каваша и остальных. А если они не звонят, потому что не хотят с ним разговаривать?.. И он бесился, ломал карандаши и под горячую руку увольнял секретарей.
Римские бани – это ж надо было додуматься! Да там наверняка полно гомиков! К тому же Борг не любил свое тело: спал только в пижаме, не ходил на пляж, не примерял одежду в магазине и никогда не обнажался – кроме как в душе по утрам. И теперь он стоял посреди парной, замотавшись в самое большое полотенце, стыдясь своей молочной пухлости и седеющей поросли на плечах.
Появился Каваш. Тело араба было смуглым и худощавым, почти безволосым. Они встретились взглядом и молча направились в отдельный кабинет с кроватью, словно тайные любовники.
Борг рад был убраться подальше от чужих глаз и с нетерпением ждал новостей от Каваша. Араб переключил настройки кровати на вибрацию, чтобы гудение поглотило возможную прослушку. Они стояли рядом и тихо переговаривались. Борг отвернулся в смущении, так что разговаривать пришлось через плечо.
– Я внедрил своего человека в Каттару, – сказал Каваш.
– Пррревосходно, – с облегчением произнес Борг, грассируя на французский манер. – Ваше управление ведь даже не участвует в проекте?
– У меня брат в военной разведке.
– Отлично. Что за человек?
– Саман Хуссейн, один из ваших.
– Так, хорошо. И что ему удалось нарыть?
– Строительство уже завершено: корпус для реактора, административные здания, квартиры для персонала и даже ВПП – все готово. Они продвинулись гораздо дальше, чем мы ожидали.
– А сам реактор?
– Сейчас как раз на него переключились. Сложно сказать, сколько времени это займет, – работа предстоит тонкая.
– Интересно, у них и правда получится? – размышлял вслух Борг. – Все эти сложные системы управления…
– Насколько я понимаю, управление как раз не должно быть сложным. Просто суешь внутрь металлические стержни, чтобы замедлить процесс ядерной реакции, и все. Интересно другое: Саман говорит – там полно русских.
– Ах ты ж…
– Так что теперь у них будет вся новейшая электроника, какую пожелают.
Борг сел в кресло, позабыв о банях, о вибрирующей кровати и о своем пухлом теле.
– Плохо дело, – сказал он.
– Это еще не самое страшное. Дикштейн засветился.
Борг уставился на Каваша как громом пораженный.
