Все в новой философии — сомненье:Огонь былое потерял значенье,Нет солнца, нет земли — нельзя понять,Где нам теперь их следует искать. Все рушится, и связь времен пропала,Все относительным отныне стало…[50]
«Ничто больше не согласуется»: ни мир с самим собой в гармонии космоса, ни люди с миром в этом природном моральном мировоззрении. Действительно, нам теперь трудно представить ужас человека Возрождения, который начинал предчувствовать, что мир больше не является ни коконом, ни домом, что он — необитаем.
В этическом плане эта теоретическая революция дает совершенно очевидный разрушительный результат: если вселенная не имеет больше ничего общего с космосом, то ее уже невозможно использовать как образец для подражания в плане морали. А если к тому же пошатнулись и самые основы христианства, если послушание Богу уже не разумеется само собой, то где же искать основы новой концепции взаимоотношений между людьми, где искать новые принципы совместной жизни? Словом, нужно будет полностью, от А до Я, пересмотреть ту мораль, которая веками служила такой моделью. Ничего себе задачка!
То же касается и учения о спасении: ты должен понимать, что по изложенным причинам и греческое, и христианское учение о спасении, по крайней мере как таковые, без пересмотра, более не заслуживали доверия просвещенных умов того времени.
Теперь, может быть, тебе лучше понятно, перед каким вызовом оказалась новая философия. Ей предстояло решить сложнейшую задачу неслыханного масштаба, и тем не менее задачу крайне срочную, ведь, как засвидетельствовал в своих стихах Джон Донн, никогда еще человечество не сталкивалось с таким потрясением как в интеллектуальном, так и в моральном, и в духовном плане.
Ты увидишь, что, приняв этот вызов, философия Нового времени оказалась на высоте. Чтобы лучше в этом разобраться, начнем с области теории.
1. Новая теория познания: не данный, а выстроенный мировой порядок
Причины перехода от замкнутого мира к бесконечной вселенной довольно сложны и весьма разнородны. Как ты догадываешься, на это повлияли очень многие факторы, и мы не будем здесь их перечислять и уж тем более подробно анализировать. Скажем только, что среди этих факторов следует упомянуть технический прогресс, в частности появление новых астрономических инструментов, таких, например, как телескоп, позволивших наблюдать за тем, за чем раньше наблюдать было просто невозможно, и открывать то, что было неведомо древним космологиям.
Приведу тебе один пример, который оказал сильнейшее воздействие на умы того времени: открытие novae, то есть новых звезд, или, наоборот, исчезновение некоторых звезд, существовавших до этого, никак не стыковалось с догматом о «незыблемости небес» — с идеей о том, что абсолютное совершенство космоса коренится в его вечности и неизменности. Для греков это было чрезвычайно важным — ведь от этого зависело в конечном счете их спасение, — а астрономы Нового времени открыли, что все это не так, что эта вера противоречила фактам.
Разумеется, существовало множество других причин, которые способствовали отказу от античных космологий, особенно в экономическом и социологическом плане, но причины, связанные с техническим прогрессом, заслуживают отдельного внимания. Ведь прежде чем рассматривать в этическом плане произведенные исчезновением организованного космоса перемены, нужно понять, что в первую очередь совершенно изменила свой смысл сама теория.
Важнейшая в этом отношении книга, повлиявшая на всю философию Нового времени и являющаяся подлинным памятником истории мысли, — это «Критика чистого разума» (1781) Иммануила Канта. Конечно, я не смогу тебе кратко пересказать здесь ее содержание. Но несмотря на то, что эту книгу чрезвычайно тяжело читать, мне все же хотелось бы попытаться дать тебе представление о том, каким образом, совершенно по-новому, в ней переформулирован вопрос о теории. А после этого мы сразу же вернемся к более простым темам.
Вернемся сначала к нити тех рассуждений, которые тебе уже хорошо знакомы: поскольку отныне мир является не космосом, а хаосом, переплетением сил, которые без конца конфликтуют друг с другом, очевидно, что познание больше не может принимать форму теории в собственном смысле этого слова. Ведь это слово, как ты помнишь, происходит от theion orao («я созерцаю божественное»). Поэтому можно сказать, что после обрушения космического порядка и его замены на лишенную всякого смысла и пронизанную конфликтами природу во вселенной больше нет ничего божественного, то есть того, что можно было созерцать. Порядок, гармония, красота и благо не даются нам исходно. Они больше не являются неотъемлемой частью самой реальности.
Таким образом, чтобы найти что-то связное, чтобы мир, в котором мы живем, все же продолжал иметь хоть какой-то смысл, необходимо, чтобы сам человек — в данном случае ученый — установил в этой вселенной, так сказать, извне некий порядок, которого она сама нам, как кажется, уже не предлагает.
